31.10.2016

«Аритмия» Бориса Хлебникова. На съёмках фильма

Максим Заговора
автор
Максим Заговора

Ярославская клиническая больница скорой помощи живёт своей жизнью: принимает, лечит и выписывает пациентов, но нынче здесь много людей с очень странным диагнозом. Они все больны кинематографом. Заняли часть помещения, расставили свои огромные световые приборы. Это Борис Хлебников снимает новый фильм «Аритмия».

Полный метр режиссёр не снимал уже четыре года. Без дела не сидел — на телевидении работал, в рекламе подрабатывал, но широкий экран и Борис Хлебников явно скучали друг по другу. Впрочем, «Аритмия» изначально тоже задумывалась как многосерийный ромком, пока героя не придумали.

Борис Хлебников — режиссёр: «Пока не появилась профессия у этого человека, мы пытались написать романтическую комедию для канала ТНТ. Дальше мы придумали профессию эту человеку, он стал врачом скорой помощи, и нас потащило в другую сторону. Всё очень случайно».

Дальше у комедии появилась приставка «траги», а у героя-врача лицо. Впрочем, здесь-то интриги особой и не было. Любимый артист Бориса Хлебникова Александр Яценко остаётся любимым.

Александр Яценко — актёр: «Я такой обычно: Борян, хорош уже снимать кино, ну что ты все никак не наснимаешь. Хватит! А он говорит: «Саня, ну чё-то написали сценарий с Мещаниновой…» Ну и я такой — эх, ладно. Я сейчас соврал, конечно. Для меня было неожиданно. И я говорю: Борян, конечно, почитаю с удовольствием…»

Из удовольствий главного героя: мы знакомимся с ним в период основательного кризиса в отношениях с женой и с новым начальником в больнице. Спасение жизней — как панацея от проблем жизни собственной. Клятва Гиппократа — как военная присяга и «Отче наш» одновременно.

Александр Яценко — актёр: «В его жизни раскардак, а он занимается чужими жизнями и не один раз. И он явно талантливый человек, который хорошо делает свою работу. Но хорошо ли, я сейчас думаю…»

Борис Хлебников — режиссёр фильма: «Ситуация, которую мы описываем — она кризисная для человека. С женой, на работе, везде. Крах всего. Большой и первый человеческий кризис. И когда мы это обсуждали с Наташей Мещаниновой, стало очевидно, что очень не кинематографичная вещь — «кризис». Это такой ступор, довольно печальное состояние, которое не очень интересно в кино. И поэтому мы решили наоборот его рассказывать, этот кризис, максимально увлекательно. Под огромное количество событий, врачебных случаев очень сложных, историй с женой. И смешных и трагичных. И всё переплетается в очень густой сюжет».

Партнёрша Яценко — Ирина Горбачёва. Актриса мастерской Петра Фоменко и номинант на «Золотую маску» для массового (или миллионного в лайковом эквиваленте) зрителя — звезда инстаграма. Но так или иначе роль в «Аритмии» — это долгожданная конвертация интернет-популярности в большую киноработу.

Ирина Горбачёва — актриса: «Это за долгое время одна из больших работ, которых у меня давно не было, со времён «Молодой гвардии».

До первых проб из всего Хлебникова Ирина Горбачёва смотрела только сериал «Озабоченные» и фильм в диалогах «Пока ночь не разлучит». К режиссёру относилась скорее с заочной симпатией. Но после знакомства пошла по фильмографии. Полюбила ещё больше. А затем пришла на площадку, отработала несколько сцен и совсем растаяла.

Ирина Горбачёва — актриса: «Самый волшебный момент именно с Борей — это то, что с ним не страшно. Не страшно лажать или что-то делать не то, он всегда поправит, и у него получается всё правильно сказать, что у тебя не затрагивается твоё эго актёрское, тебе сказали: «Ир, не туда!» И у тебя сразу: ой, сейчас всё сделаю, а тут прямо по-братски всё, такое ощущение. И это меня радует, и это пока первая съёмочная бригада, по которой я скучаю, когда уезжаю в Москву. Такого у меня ещё не было».

На весь фильм — 30 смен. Готовились долго, но всё равно почти каждую сцену обсуждают и додумывают на ходу. Дублей бояться — кино не снимать.

Алишер Хамидходжаев — оператор-постановщик: «У нас есть решение каждой сцены, естественно, но мы их всё время уточняем. Это с Борисом происходит работа интересная, потому что он чрезвычайно творческий человек и, когда сомневается, значит, так. И какое-то зерно всё равно закладывает, и находишь что-то всё равно. Это прекрасно, что мы всё время ищем, это значит, что нельзя стоять на месте».

Александр Яценко — актёр: «Мне это очень хорошо. Мне вообще хорошо бы, чтобы сначала всех отсняли, а потом меня. Потому что у меня к концу дня только складывается картина как надо. Мне сложно с этим персонажем. Когда он говорит, я примерно понимаю, какой он, а когда он не говорит… Его паузы, оценки… Вот это всё надо искать. Кто он, и как он эти сценарии переваривает и видит, не всегда подходит то, что написано».

Творческие поиски проходят чуть ли не на полушёпоте. На «Аритмии» собрались, пожалуй, самые интеллигентные люди российского кино. Представить себе режиссёра Хлебникова или оператора Хамидходжаева орущими на съёмочную группу нельзя. Возможно, поэтому, несмотря на множество дублей, картина снимается по графику. Все сосредоточены, собраны и работают.

Максим Заговора — корреспондент: «Единственная причина прервать съёмки — это ситуация с реальным пациентом. Ну, больница как-никак, а жизнь и здоровье всегда важнее кино».

«Мотор» и «скальпель» порой доносится из соседних кабинетов. Врачей от киношников, пациентов от артистов массовых сцен отделяет какая-нибудь одна стенка. Гипсокартон между вымыслом и реальностью. И, пускай все сцены игровые, именно такое соседство может обеспечить «Аритмии» ту самую правду жизни, ту самую документальную эстетику, по которой можно с первых кадров угадать любой фильм Бориса Хлебникова. Одного из самых честных российских режиссёров.