05.12.2017

Эррол Моррис о «Вормвуде» — возможно, лучшем сериале ближайших месяцев

Кино ТВ
Кино ТВ
Автор статьи

Эррол Моррис — уж точно один из трёх важнейших документалистов планеты. Это тот самый человек, из-за которого Венер Херцог в прямом смысле слова съел свои башмаки, ранее заявив, что сделает это, если Моррис закончит «Врата рая». Это тот человек, которого газета Guardian поместила седьмым номером в списке 40 лучших кинорежиссёров мира. И это он автор великой ленты «Тонкая голубая линия» — она занимает второе место в списке документальных фильмов, которые необходимо посмотреть каждому. Теперь Эррол Моррис снял свой первый сериал, «Вормвуд». Всё идет к тому, что он раз и навсегда изменит представление о возможностях сериала. 

Максим Заговора взял интервью у режиссёра: 

Мне кажется, что у «Вормвуда» много общего с вашей «Тонкой голубой линией». Там Рэндалл знал, что он невиновен, но не мог этого доказать. Здесь Эрик знает, что смерть его отца не несчастный случай, и тоже не может этого доказать. Похоже, это важный для вас конфликт: понимания чего-либо, но бессилия от отсутствия фактов. 



Это интересно. Меня интересует расследование как явление, как процесс. При съёмках «Вормвуда» я вдохновлялся картиной «Из прошлого» с Робертом Митчемом. Митчем там так говорил: «Я вижу фрагмент картины, но не могу увидеть её целиком». И Рэндолл Адамс — фрагмент преступления, которого он не совершал. Меня очень интересует поведение человека в ситуации тотальной несправедливости. Когда я впервые встретил Адамса — это был обреченный человек. Человек, который знает, что никто вокруг не верит ни одному его слову. В «Вормвуде» — другая ситуация. Там сын посвящает свою жизнь тому, чтобы выяснить, что случилось с его отцом. Целая жизнь — как преодоление. Целая жизнь — борьба за правду.

Когда вы начинали эту историю, начинали съёмки «Вормвуда», вы знали, чем она закончится?

Нет. И по-прежнему не понимаю. Я все ещё не знаю, чем всё закончится.

Ну, я имею в виду финал самого фильма.

И я о нём же. Да, я снял шесть серий, но там всего гораздо больше. Мы собираем фрагменты в историю, но много частей по-прежнему потеряно. Будет ли у меня когда-то объяснение, что именно случилось с Фрэнком Ольсоном — отцом Эрика?

У вас нет ответа?

Частично есть. Я думаю, он был убит ЦРУ, но я не знаю, почему именно. И за что. Мне кажется, что я знаю, но я не уверен. Быть детективом — это значит, жить в сомнениях. Постоянно всё анализировать, сравнивать, проверять. И бояться, что совершил ошибку.

Детектив — самый популярный, конечно, жанр на телевидении. Есть мнение, что это от того, что он самый простой.

Просто большинство примеров — симуляции детектива. Ответы раскиданы по сюжету. Меня никогда не удовлетворял простой финал — узнать, кто же совершил преступление. Ну, кто-то совершил, если ты концентрируешься только на этом — это какой-то машинальный подход. Понять, что бинго — убийца садовник. Ну и что? В настоящем расследовании ты понятия не имеешь, куда идёшь, у тебя не разбросаны ответы, твоя работа найти их. А можешь и не найти. Эрик потратил шестьдесят лет, чтобы разобраться. Нашёл ли он ответ — в каком-то смысле — да. Удовлетворяет ли он его — нет.

Последний вопрос о том, как вам живётся на телевидении. В сериалах же особые законы, особая драматургия, вам надо каждый эпизод закончить определенным образом.

Надо заманить его, чтобы он продолжил смотреть. Да, формы отличаются. Сериал не полнометражная, стоминутная картина. Но это всё равно интересно. Это всё равно режиссура. «Вормвуд» был бы невозможен пять лет назад. Без чего-то типа «Нетфликса». Это же полотно! Настоящее полотно на пять часов! Невероятная, сложная, мистическая история, которая здорово работает именно в таком формате. Так что, спасибо «Нетфликс»!