25.07.2018

Кинокритики выбирают лучшие фильмы XXI века. Спецпроект Кино ТВ

Андрей Карташов
автор
Андрей Карташов

Алексей Артамонов, Алексей Гусев, Антон Долин, Максим Заговора, Станислав Зельвенский, Андрей Карташов, Ольга Касьянова, Василий Корецкий, Борис Нелепо, Андрей Плахов, Зинаида Пронченко, Наталья Серебрякова, Василий Степанов выбирают лучшие фильмы века.

Андрей Карташов, автор проекта: 

Кино XXI века, кажется, действительно превратилось из континента в архипелаг. За исключением нескольких безусловных фигур и движений, все опрошенные нами критики называли своих фаворитов в диапазоне от интеллектуальных киноэссе до блокбастеров про Бонда, от арт-мейнстрима с каннскими призами до маргинальных экспериментов, от Филиппин до США и Канады: всего 13 участников опроса включили в свои списки 98 разных фильмов.

Фигурами консенсуса остаются в первую очередь герои XX века и прежде всего Дэвид Линч и Ларс фон Триер. А новые движения не работают на производство шедевров: многие отметили «румынскую волну», «медленное кино» и тенденцию к гибридному документально-игровому кинематографу, но выбрали разных представителей этих трендов.

Интересно и то, что многие режиссёры, которые считались ключевыми не то что девяностых, а даже в прошлом десятилетии, оказались уже подзабыты. Никто не назвал фильмов Бруно Дюмона и иранских режиссёров, мало кто вспомнил двукратных лауреатов Канн братьев Дарденн и даже Уэса Андерсона. Может быть, это усталость от «культовых» имён? В любом случае, как-то так картина кино в XXI веке и выглядит: в нём мало титанов, но зато много чего другого. Пусть расцветают сто цветов.

«Марсель», реж. Ангела Шанелек, 2004

Самый чистый, отточенный и в то же время эллиптичный и неразгадываемый до конца фильм «берлинской школы» — одного из центральных явлений нулевых, которое точно отразило меланхолию постиндустриальной Европы начала XXI века. Ангела Шанелек — самый одарённый и самобытный его представитель, а «Марсель» — одна из главных его вершин.

«Смерть господина Лазареску», реж. Кристи Пую, 2005

Ещё одно важнейшее направление 2000-х — румынская «новая волна», главным идеологом которой и является Кристи Пую. «Смерть господина Лазареску» — не просто первый программный фильм движения, сформулировавший основы новой драматургии (без кульминации) и социального абсурдизма, способного ухватывать парадоксы постсоциалистического общества, но и по-прежнему один из лучших румынских фильмов ever.

«Синдромы и столетие», реж. Апичатпонг Вирасетакун, 2006

Джо (так просит именовать себя режиссёр из-за трудновыговариваемости его имени) — один из лидеров «медленного» (или созерцательного) кино, возникшего на рубеже веков. Широкую известность тайскому гению принесёт его следующий фильм — «Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни», но «Синдромы и столетие», располагающиеся где-то на стыке между современным искусством, бытовым мистицизмом и стратегиями «нового романа», куда ярче характеризуют как метод Апичатпонга и его вклад в развитие киноязыка, так и изменения, происходившие в странах глобального Юга в начале XXI века.

«Озеро», реж. Филипп Гранрийе, 2008

Самый тихий и интимный фильм продолжателя одновременно французского авангарда в лице Жана Эпштейна и французского же трансгрессивного кино (Ноэ, Брейя, Дюмон) с Дмитрием Кубасовым в главной роли лесоруба-эпилептика. Гранрийе стал тем, кто показал предельные возможности субъективной камеры и ненарративной работы с телом в кадре, и сам же со временем упёрся в границы этого метода. Тем не менее — ключевая фигура кинематографа нулевых.

«Отвязные каникулы», реж. Хармони Корин, 2012

Наиболее мейнстримовый и глянцевый фильм сценариста «Деток» и режиссёра «Гуммо», главного enfant terrible поколения пепси, СПИДа и «Нирваны». Spring Breakers — ода безоглядному пляжному угару и подростковому саморазрушению эпохи web 2.0, «Каникулы в Мексике», помноженные на «Вход в пустоту», — центральный фильм для понимания современной молодёжной культуры, культа рэпера Фейса и ему подобных, а также того, что стало сегодня с американской мечтой. Главное его достоинство — в обнаружении адекватной теме эстетики, во многом предвосхитившей дальнейшее развитие событий.

«Стемпл-Пасс» , реж. Джеймс Беннинг, 2012

Поздняя работа классика американского авангарда, чьё творчество при переходе на цифру получило второе рождение благодаря работе со сверхдлинными планами. Основанный на читаемых за кадром текстах Унабомбера, гениального математика, анархиста, террориста-одиночки и радикального критика технологической цивилизации, Stemple Pass, снятый всего лишь четырьмя статичными получасовыми планами с одной и той же точки, передаёт возвышенное ощущение от созерцания природы и конфликт с внедряющейся на её территорию цивилизацией с помощью чистой длительности, на которую только и способно цифровое кино. И выводит его тем самым на новый уровень.

«Иначе, Молюссия», реж. Николя Рэй, 2012

Один из самых многоуровневых и остроумных экспериментальных фильмов XXI века. Во многом наследующий традициям структурного фильма (Беннинга и Майкла Сноу, например), снятый на просроченную 16-миллиметровую плёнку и камеру, приводимую в действие ветром, «иначе, Молюссия» является своеобразной экранизацией единственного романа австрийского философа Гюнтера Андерса о вымышленном тоталитарном государстве. В значительной степени передавая авторство технике и случаю, создавая, как и Беннинг в Stemple Pass, сложные, конфликтные отношения между текстом, изображением и звуком, Рэй выявляет скрытую индустриальную природу пасторальных с виду пейзажей и неизбывную фашистскую изнанку капиталистической системы.

«История моей смерти», реж. Альберт Серра, 2013

Родившийся из безумной, достойной студии Роджера Кормана идеи свести в одном фильме Казанову и графа Дракулу, фильм главного трикстера нулевых Альберта Серры оказался одним из наиболее удивительных произведений цифрового кино. Избегая любой предопределённости — сценарной, актёрской, психологической; последовательно разрушая свои же собственные планы и представления, ему удаётся находить невероятно странные и свежие режиссёрские решения, которые просто невозможно было бы обнаружить иначе. Помимо прочего — прекрасный пример костюмного кино, снятого в парадигме современного сверхреалистического кинематографа.

«Лошадь денег», реж. Педру Кошта, 2014

Кульминация кинематографического проекта («Кости», «В комнате Ванды», «Молодость на марше») ключевого современного режиссёра, одним из первых начавшего использовать возможности цифрового кино для создания парадокументальных поэм о жизни трущоб. Работая с минимальным бюджетом и съёмочной группой, в «Лошади денег» Педру Кошта вышел на новый уровень условности в своём стремлении дать голос миру исключённых — жертвам португальского колониального прошлого. Гипнотический, аллегорический, нарезающий и по непрозрачной для зрителя логике перепрошивающий срезы пространства и времени, фильм Кошты — политическое кино par excellence.

«Твин Пикс: Возвращение», реж. Дэвид Линч, 2017

Но главной реабилитацией политики авторства в XXI веке стал, без сомнения, новый «Твин Пикс», тоже не обошедший стороной возможности цифрового кино. Получив карт-бланш, Линч, большого кино не снимавший со «Внутренней империи», развернулся во всю ширь и глубь своего воображения. Спустя 25 лет после первых двух сезонов сюрреалист Линч ещё раз продемонстрировал, что и сериал может быть подлинно авторским высказыванием — может быть, даже в большей степени, чем фильм для кинотеатров. Другим выходом живого классика в область новых технологий была «Прощай, речь» Годара, в которой потенциал 3D впервые был художественно осмыслен (в том числе и критически). Оба показали, что настоящая смелость, радикальность и свобода приходят только после семидесяти.

«Прощай, речь», реж. Жан-Люк Годар, 2014

От двадцатого века двадцать первому в наследство достался бог, и фамилия его Годар. Он по-прежнему знает про кинематограф больше, чем все ныне живущие, и предсказывает его путь лет эдак на тридцать вперёд. Так что о чём в действительности был этот фильм, мы начнем понимать в разгар 2040-х. Пока что достанет с нас и простой чести внимать сказанному.

«Трудно быть богом», реж. Алексей Герман, 2013

Герману, похоже, было бы нетрудно; просто он отказался. Метод всех прежних его фильмов, применявшийся там к памяти о реальном мире и времени, обрёл здесь самодостаточность и породил мир новый: так терцины породили некогда «Божественную комедию», а онегинская строфа — «Онегина». Лучший киноэпос со времён «Серебряной планеты» Жулавского.

«Век помрачения», реж. Дени Аркан, 2007

Название заключительного фильма историософской трилогии Аркана точнее было бы перевести как «Темные века» — ибо именно они следуют за закатом Империи и нашествием варваров. Спокойный, мерный анализ современной эпохи вроде бы выносит ей уничижительный вердикт, единственным убежищем от пустотелого кошмара цивилизации провозглашая Искусство. Но, пожалуй, сама возможность исторической параллели несёт какое-никакое, да успокоение: ничто не ново под солнцем. Что ж, и у XXI века должен быть свой Боэций.

«Космополис», реж. Дэвид Кроненберг, 2012

Минималистский шедевр Кроненберга, в котором смысл окончательно сместился с его былых аттракционов из монтажа и спецэффектов на рафинированное мастерство мизансцены. При внимательном взгляде «Космополис» описывает грядущее с той же пугающей проницательностью, что и некогда ланговский «Метрополис». И не хотелось бы, чтобы этот прогноз сбылся, да вот незадача: кроненберговские сбываются всегда.

«Глаза Стрекозы», реж. Сю Бин, 2017

Фильм, сделанный не только без единого актёра, но и без оператора, — результат монтажа бесчисленных записей с камер слежения, регистраторов и т. д., которые в Китае все выложены в общий сетевой доступ. Зато здесь есть престранный, но вполне внятный сюжет, о котором его исполнители и понятия не имеют. Головокружительный финт, проделанный с хрестоматийным эффектом Кулешова и ранней эстетикой Алена Рене в цифровую эпоху и по-новому позволяющий взглянуть и на понятие монтажа, и на понятие идентичности, и на саму суть цифрового изображения.

«Нимфоманка», реж. Ларс фон Триер, 2013

Как и предвидели Риветт с Ромером, эстетика века Просвещения с её циничной методичностью — возможно, единственная, что уцелела в чистоте посреди свального постмодернизма; и кому, как не фон Триеру, с его-то звериным чутьём на стилистическую цельность, было за неё браться. Поэтика де Сада оказывается здесь универсальным ключом, которым с равной легкостью отпираются Тарковский, Бах, Бюффон и Rammstein. Возможно, фон Триер тоже верит, подобно многим, что классический кинематограф умер; вот только в отличие от большинства он хорошо знал покойного.

«Аустерлиц», реж. Сергей Лозница, 2016

Убедительно замаскированный под едкую сатиру на туристов, посещающих концлагерные мемориалы, этот фильм — возможно, наиболее личное высказывание одного из самых титулованных документалистов современности. Ибо инстинкт, влекущий досужего обывателя внимательно заглядывать в пустое чёрное жерло страшной остывшей печи, — тот же, что заставляет режиссёра включать камеру и вглядываться в непостижимое нутро обывателя. Окликать чёрные дыры — возможно, последняя оставшаяся миссия кинематографа.

«Внутренняя империя», реж. Дэвид Линч, 2006

«Восемь с половиной» по-линчевски: фильм, создающий себя на ощупь. Фирменные переходы в Зазеркалье самого модного из непонятых режиссёров современного кино обретают здесь почти избыточную тактильность: во «Внутренней империи» даже цифровое «зерно» — не дефект, не симптом манерности, но взбесившаяся фактура. Исчерпывающий путеводитель по кинематографу Линча, фильм-ластик.

«Фауст», реж. Александр Сокуров, 2011

Культурологический эпос, алхимическая свадьба германского ренессанса с немецким романтизмом, Кранаха с Фридрихом. Благодаря досконально понятой (хоть и своеобразно преломленной) автором натурфилософской концепции Гёте извечная сокуровская схватка визионерства с телесностью обретает здесь высшее воплощение; и там, где шедевр Мурнау присуждал победу первому, ставший вровень с ним фильм Сокурова пророчит самоубийственную участь второй. Что, учитывая обилие цифровых спецэффектов, придаёт фильму дополнительную, мрачноватую даже по сокуровским меркам двусмысленность.

«Вход в пустоту», реж. Гаспар Ноэ, 2009

Самый, вероятно, радикальный из режиссёров современности (рядом с ним даже фон Триер кажется робок и смирен, как Звягинцев), Ноэ не просто на весь этот трехчасовой фильм доверяет камеру субъективному взгляду — он доверяет её взгляду мертвеца, точнее — его отлетевшей души, скитающейся по артериям призрачно-неонового Токио. И он, по-видимому, прав. В конце концов, после стократ провозглашённой гибели кинематографа (а заодно и всей языковой культуры) наша единственная надежда, по-видимому, на реинкарнацию. То есть на то, что блуждания камеры Ноэ однажды закончатся новым началом.

«Малхолланд-драйв», реж. Дэвид Линч, 2001

Самый необъяснимый и при этом самый хитовый фильм великого Дэвида Линча — торжественные похороны так называемого здравого смысла, гимн непознаваемости мира и человека. Плюс, разумеется, «история любви в городе снов», как определил картину сам режиссёр.

«Догвилль», реж. Ларс фон Триер, 2003

Радикальнейший из экспериментов Ларса фон Триера — одновременно самый аналитический и самый эмоциональный из его фильмов, самый обсуждаемый, но получивший минимальное количество призов. Также лучшая роль Николь Кидман — ангела отмщения и демона-соблазнителя одновременно.

«Мальчик с велосипедом», реж. Жан-Пьер и Люк Дарденны, 2011

Фильм о смерти и воскрешении, об отторжении и принятии, о сиротстве и усыновлении. Маленькое чудо больших режиссёров — знаменосцев нового европейского гуманизма, братьев Дарденн.

«Нефть», реж. Пол Томас Андерсон, 2007

Брутальный кинороман о крови земли и крахе религиозной идеи, своей поэтической ёмкостью напоминающий поэтические трактаты Ницше. Возможно, самая выдающаяся актёрская работа XXI века — Дэниэл Плейнвью в исполнении Дэниэла Дэй-Льюиса.

«Трудно быть богом», реж. Алексей Герман, 2013

Итог 45-летней карьеры самого недооценённого русского гения, Алексея Германа-старшего. Не фильм, а целая вселенная, которая ещё ждет своих исследователей. В то же время — веская и внятная притча о неистребимости в человеке тяги к рабству и насилию, будь то в России или Европе, в настоящем или в прошлом, на Земле или в космосе.

«Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни», реж. Апичатпонг Вирасетакун, 2010

Этот фильм заставил многих выучить словосочетание «Апичатпонг Вирасетакун» — и бесконечно спорить о том, как же на самом деле произносится и пишется имя тайского режиссёра (который разрешает для простоты называть себя «Джо»). Безупречно необъяснимое путешествие в глубины джунглей и в самое сердце платоновской пещеры.

«Жизнь Адель», реж. Абделатиф Кешиш, 2013

Главный эротический фильм и важнейшая love story нового столетия, вернувшая зрителю веру в возможность ещё одной великой истории любви.

«Рататуй», реж. Брэд Берд, 2007

Лукавая сказка об извилистых тропах творчества, которое должно быть доступно каждому — не только повару ресторана с мишленовскими звездами, но и простой крысе, не только режиссёру авторского кино, но и аниматору с голливудской студии.

«Форма воды», реж. Гильермо дель Торо, 2017

Правозащитный романтический хоррор о латиноамериканском речном боге, влюбившем в себя немую уборщицу с музыкой в душе. Пламенеющая эклектика и постмодернистская романтика, в которой сошлись сказки Андерсена и пугалки Лавкрафта, ретро-мюзиклы и холодная война, свобода и любовь.

«Унесённые призраками», реж. Хаяо Миядзаки, 2001

Великая сказка о трансформации тела и души — своеобразный манифест Хаяо Миядзаки, ставший для японской культуры тем же, чем для Англии была «Алиса в Стране чудес» Кэрролла.

«Твин Пикс: Возвращение», реж. Дэвид Линч, 2017

Все, видимо, по привычке напишут «Малхолланд-драйв», но, по-моему, третий сезон «Твин Пикса» — вообще лучшее, что случилось с нами в XXI веке. Не только в кино.

«Жена полицейского», реж. Филип Грёнинг, 2013

Самое болезненное кино о семье. Филип Грёнинг — кажется, единственный живой режиссёр, умеющий снимать время.

«Воспоминание об убийстве», реж. Пон Чжун Хо, 2003

Первый раз я смотрел «Воспоминание об убийстве» в самолёте. Сосед справа сначала просто косился в монитор, затем перестал стесняться и как уставился, так и не моргнул до финальных титров, заявив в конце, что теперь это его любимый фильм. Наушниками, если что, я, конечно, не делился, он обошёлся без звука.

«Девушка возвращается одна ночью домой» реж. Ана Лили Амирпур, 2014

Упыриха-феминистка в хиджабе катается на скейте, калечит драгдилеров и влюбляется в иранского Джеймса Дина. Лучше синопсиса в этом фильме — только сам фильм.

«Меланхолия», реж. Лав Диас, 2008

Безальтернативно лучший способ провести восемь часов жизни.

«Здравствуй, ночь», реж. Марко Беллоккьо, 2003

Если с вечера загнать в кинотеатры всё население Земли и каждому показать этот фильм — на утро закончатся войны.

«Груз 200», реж. Алексей Балабанов, 2007

А может, и не закончатся.

«Монстры», реж. Гарет Эдврадс, 2010

Парень и девушка пересекают Мексику, захваченную инопланетянами, которых нам покажут лишь на пару минут (зато каких!). Самая распространённая претензия к волшебному фильму Эдвардса — что в нём ничего не происходит. Мне кажется, что все недовольные — зануды и слепцы, в «Монстрах» происходит всё.

«Персональный покупатель», реж. Оливье Ассаяс, 2016

Если согласиться с тем, что отношения человека и смартфона требуют осмысления, то лучшего способа мы выдумать не могли.

«Врождённый порок», реж. Пол Томас Андерсон, 2014

Масштаб картины, конечно, понятен сразу, но настоящее просветление приходит лишь тогда, когда к просмотру эдак пятому оставляешь попытки отследить сюжетную нить от начала до конца. Вот тут наступает блаженство.

«Побудь в моей шкуре», реж. Джонатан Глейзер, 2013


Провинциальные земляне против инопланетной Скарлетт Йоханссон. Кубрик накануне нового века умер, и вместо него у нас теперь Джонатан Глейзер.

«Малхолланд-драйв», реж. Дэвид Линч, 2001

Не самый дерзновенный, но самый совершенный, наверное, фильм Линча — «Головокружение» нашего времени.

«Любовники», реж. Джеймс Грей, 2008

Романтический анекдот слегка по мотивам «Белых ночей», из шести картин Джеймса Грея — самая неловкая, нежная и любимая.

«Что ни день, то неприятности», реж. Клэр Дени, 2001

Хоррор про интимность, выплаканный великой француженкой Клэр Дени под песенки Tindersticks.

«Осло, 31 августа», реж. Йоахим Триер, 2011

Норвежский ремейк «Блуждающего огонька» с героином (как в книжке) вместо алкоголя — строгий и страшный портрет старости, наступающей в тридцать с небольшим.

«Американская милашка», реж. Андреа Арнольд, 2016

Трип по американской глубинке с группой тинейджеров, безупречный образец нового реализма в исполнении англичанки, как положено.

«Семейка Тененбаум», реж. Уэс Андерсон, 2001

Основополагающая семейная трагикомедия Андерсона, которую ему уже, наверное, не превзойти.

«Олдбой», реж. Пак Чханук, 2003

Экзистенциальный триллер, посносивший крыши по всему миру (что в новом тысячелетии происходит всё реже) и заодно объявивший, что корейское — значит отличное.

«Серьёзный человек», реж. Джоэл и Итан Коэны, 2009

Из всех книг важнейшей для нас остается книга Иова, а Коэны после пятидесяти вдруг набрали сумасшедшую форму.

«Зодиак», Дэвид Финчер, 2007

Грандиозное совпадение автора и материала: расследование, оформленное со сверхъестественной дисциплиной серийного убийцы.

«А у вас который час?», реж. Цай Минлян, 2001

Про «медленное кино» нулевых шутили, что смотреть его так же интересно, как наблюдать за тем, как сохнет краска. Странная ирония: течение времени — неизбежность любой человеческой жизни, с ним не шутят. Тайванец Цай Минлян превращает кино в искусство чистой длительности, и в этом смысле «Который там час?» — его центральное произведение.

«Болото», реж. Лукреция Мартель, 2001

Тоже условно относимое к «медленным» фильмам, «Болото» работает благодаря не столько сюжету (в действии мало что происходит), сколько ритму, тщательно выстроенному ощущению распада и гниения, будто персонажей, а вместе с ними и зрителей, засасывает в трясину. Пример современного гиперреализма: ничего необычного в кадре не происходит, но обычное — в избытке, и эта переполненность делает фильм едва ли не фантастическим.

«Левиафан», реж. Верена Паравель и Люсьен Кастэн-Тейлор, 2012

Новая документалистика — работа так называемой Лаборатории сенсорной этнографии при Гарвардском университете о рыболовном траулере у берегов Массачусетса. Под сомнение поставлена человеческая точка зрения как отправная точка кино — фильм снят глазами рыб, чаек, самой природы. Редкий в своем роде пример документального хоррора.

«Корпорация „Святые моторы“», реж. Леос Каракс, 2012

Поздний шедевр усталого гения Каракса — сюрреалистический трип по ночному Парижу, вызывающий восхищение просто уже тем, как у этого автора работает воображение. Жест разочарования в современности, в кино, в жизни, наконец, но и акт совершенной свободы.

«Белый материал», реж. Клэр Дени, 2009

Как и шедевр Клэр Дени «Хорошая работа» (1999), «Белый материал» использует необычный драматургический регистр: не звуки и картинки оказываются вспомогательным материалом для рассказанной истории, а наоборот. Фактура, цвет и пластика изображения здесь имеют первостепенное значение, и фильм существует как будто сам по себе, бесконечно ускользая от зрителя.

«Натюрморт», реж. Цзя Чжанкэ, 2006

В цифровых полотнах Цзя Чжанкэ тактильный реализм неустроенного человеческого быта сочетается с непостижимыми масштабами китайских великих строек. В будущее возьмут не всех, да и вообще оно, кажется, само для себя существует, а не для человека.

«Полицейский, прилагательное», реж. Корнелиу Порумбою, 2009

Корнелиу Порумбою войдёт в историю как человек, которому удалось экранизировать толковый словарь. Картина, снятая задёшево где-то в Трансильвании, многое сообщает об устройстве той части света, где проза Кафки воплощена в реальность, но и шире — об абсурдном измерении человеческой жизни вообще. Более-менее об этом — вся «румынская волна», но настоящих гения в ней два — Кристи Пую и Порумбою.

«Мой Виннипег», реж. Гай Мэддин, 2007

Удивительный образец важного для современного кино жанра киноэссе: визионер-самоучка Гай Мэддин делится личными, даже интимными воспоминаниями о своём родном городе в канадских прериях, ловко перемешивая их с изобретательным и восхитительным враньём. Истина может быть только субъективной.

«Ноктюрама», реж. Бертран Бонелло, 2016

Завершающий аккорд «трилогии современности» Бертрана Бонелло, вызвавший скандал из-за больной темы терроризма. «Ноктюрама» — совершенный эстетический объект и нигилистское произведение, в котором насилие и разрушение представлены как развитие логики современного мира: у подростков, устраивающих серию взрывов в Париже, нет никакой ясной цели.

«Космополис», реж. Дэвид Кроненберг, 2012

Как и «Ноктюрама», действие «Космополиса» разворачивается в стерильных постмодернистских пространствах — у Бонелло это дорогой торговый центр, у Кроненберга — лимузин, пересекающий Манхэттен. Холодный, минималистичный фильм одного из главных философов современного кино на ключевую для XXI века тему апокалипсиса — в ближайшем будущем «Космополиса» (поставленного по роману Дона Деллило) он происходит не взрывом, а вздрогом.

Интересно, что мощное авторское кино нового века не просто не стесняется жанрового канона, но использует его как вдохновение и отправную точку: «Меланхолия» — это фильм-катастрофа, «Малхолланд-драйв» психоанализирует голливудский нуар «Бульвара Сансет», «Побудь в моей шкуре» показывает Кубрика про инопланетян, «Исчезнувшая» поочерёдно примеряет маски мелодрамы, хоррора и сатиры, «Заражение» честно идёт по дороге процедурала. Это путешествие якобы знакомыми тропами приводит к гораздо более интересным и неожиданным итогам, чем кажется вначале: эти с виду манипулятивно-холодноватые, но по сути очень эмоциональные и эмпатичные картины уходят от жанра одновременно и в сторону обобщения, и в самую гущу исторического момента. Финчер кровожадно расправился с современным институтом брака, Содерберг показал хрупкость и тесноту нынешнего мира, Аронофски наорал на человечество от имени издерганной природы, которую вот-вот рванёт от экологической безответственности, а Глейзер посмотрел на это человечество глазами Чужого — или же нашими новыми глазами людей-островов. Ну а «Меланхолия», потенциально самый ностальгический фильм начала XXI века, помог нам посмотреть во всеобщую смерть, которой мы так боялись и хотели в моменте громадного социокультурного перелома.


«Меланхолия», реж. Ларс фон Триер, 2011
«Малхолланд-драйв», реж. Дэвид Линч, 2001
«Вход в пустоту», реж. Гаспар Ноэ, 2009
«мама!», реж. Даррен Аронофски, 2017
«Мастер», реж. Пол Томас Андерсон, 2012
«Побудь в моей шкуре», реж. Джонатан Глейзер, 2013
«Исчезнувшая», реж. Дэвид Финчер, 2014
«Заражение», реж. Стивен Содерберг, 2011
«Неоновый демон», реж. Николас Виндинг Рефн, 2016
«Выживут только любовники», реж. Джим Джармуш, 2013

 

«Мастер», реж. Пол Томас Андерсон, 2012

Кинематографический аналог Большого Американского Романа, фильм, снятый вопреки требованиям цифрового времени — и вполне в цайтгайсте.

«Полиция Майами: Отдел нравов», реж. Майкл Манн, 2006

Радикальная попытка нового, цифрового реализма в кино — провалившаяся, по словам режиссёра, лишь из-за низкого качества прокатных копий и куда более удачная, чем последующий «Джонни Д».

«Казино Рояль», реж. Мартин Кэмпбелл, 2006

Едва ли не главная веха нового века — превращение Джеймса Бонда из комического героя в трагического.

«Догвилль», реж. Ларс фон Триер, 2003

Дидактическая кинопьеса, в которой зритель не просто «применён» (цитата из Брехта), но принудительно отправлен на исправительные работы.

«Кадры тюрьмы», реж. Харун Фароки, 2001

Последнее киноэссе Харуна Фароки (дальше — почти чистый галерейный видеоарт), великого скептика, верившего тем не менее в освободительную силу технологий визуального.

«4 месяца, 3 недели и 2 дня», реж. Кристиан Мунджиу, 2007

Фильм, не только задавший стандарты нового реализма в континентальном кино, но и сделавший восточноевропейскую повестку частью мировой.

«Сьераневада», реж. Кристи Пую, 2016

Лучший и главный фильм о положении дел на постсоветском пространстве, совершенно одинаковом что к востоку, что к западу от Бухареста.

«Натюрморт», реж. Цзя Чжанкэ, 2006

Панорама нового кино была бы неполной без фильмов Китая, последней оставшейся страны рабочих и крестьян. А главный летописец стремительных перемен на одной восьмой суши — Цзя Чжанкэ. Его «Натюрморт» — это великая трагедия маленького человека прошлого, потерявшегося на фоне тектонических потрясений великого китайского рывка в будущее.

«От предшествующего», реж. Лав Диас, 2014

Убедительный и увлекательный эксперимент по превращению «реального» времени медленного кино во время историческое.

«Прямо сейчас, а не после», реж. Хон Сансу, 2015

«Новые тихие» есть не только в российском кино, и соджу-кор Хона Сансу — один из лучших примеров кинематографической интроспекции, отрицающей всё внешнее ради изображения тонких движений души и мысли. Вдобавок кино Хона отрицает саму необратимую темпоральность, то есть свойство, прежде считавшееся отличительной чертой кино.


Любой список произволен и сиюминутен. Мне было бы проще составить топ из сотни названий, чем из десяти. Но принципиально для меня здесь то, что я отчётливо осознал, что со временем меньше всего меня лично волнуют модные и правильные режиссёры из синефильского канона «хорошего вкуса», не говоря уже о победителях фестивалей. Пожалуй, с каждым из названных мной фильмов меня связывает большая личная история, этот перечень — почти что краткая автобиография. Ну и я готов прямо сейчас пересмотреть любую из этих картин (даже в десятый раз, как в случае со второй «Ассой»). Исключение — разве что Марко Беллоккьо. Он один из моих любимых режиссёров современности, но я не могу выделить за последние годы какой-то один «шедевр»; скорее каждая из его работ возвращает в его вселенную, «Кровь моей крови» — просто самое личное из его высказываний. И, наверное, не хватает «Дороги в никуда» Монте Хеллмана — моего первого цифрового фильма.

«2-АССА-2», реж. Сергей Соловьев, 2008
«Старая школа капитализма», реж. Желимир Жилник, 2009
«Обжигающее лето», реж. Филипп Гаррель, 2011
«Девушка из ниоткуда», реж. Жан-Клод Бриссо, 2012
«Путешествие с родины на родину», реж. Эдгар Райц, 2013
«Выживут только любовники», реж. Джим Джармуш, 2013
«Социализм», реж. Петер фон Баг, 2014
«Всё будет хорошо», реж. Вим Вендерс, 2015
«Кровь моей крови», реж. Марко Беллоккьо, 2015
«Ты сам и твоё», реж. Хон Сансу, 2016

«Жизнь Адель», реж. Абделатиф Кешиш, 2013

Новый шаг киноискусства в постижении реальности интимной жизни.

«Любовь», реж. Михаэль Ханеке, 2012

Высшая точка кинематографа Ханеке, в которой сходятся мизантропия и гуманизм.

«Отрочество», реж. Ричард Линклейтер, 2014

Открываются новые технические возможности для отражения жизни героев в её реальной длительности.

«Догвилль», реж. Ларс фон Триер, 2003

Высшая точка кинематографа Триера, в которой сходятся гиперреализм и высшая условность.

«Натюрморт», реж. Цзя Чжанкэ, 2006

Китайское кино на пике своего художественного величия.

«Туринская лошадь», реж. Бела Тарр, 2011

Фильм о безнадёжности как доминирующей теме XXI века.

«Мне плевать, если мы войдем в историю как варвары», реж. Раду Жуде, 2018

Румынская «новая волна» на пике своего историзма.

«Зама», реж. Лукреция Мартель, 2017

Новое аргентинское кино, не теряя своей постмодернистской природы, достигает высот Большого Стиля.

«Капризное облако», реж. Цай Миньлян, 2005

Радикальный взгляд на патриотизм, секс и мифы китайской истории.

«Безмолвный свет», реж. Карлос Рейгадас, 2007

Опыт реинкарнации мистической поэзии.

«Пианистка», реж. Михаэль Ханеке, 2001

Образцовый Ханеке, идеальная пропорция цинизма и меланхолии, возможно, лучший фильм вообще о женской доле. Первая в длинной череде мужененавистнических ролей Юппер. А также музыкальный ликбез по композиторам романтизма — мало кто так чувствует музыку, как безжалостный австрийский перфекционист.

«Что ни день то неприятности», реж. Клэр Дени, 2001

Кино о границах личной свободы, о любви, ярости и экзистенциальном страхе. Великолепная Беатрис Даль, пожирающая любовников под сомнамбулический саундтрек Tindersticks, редкое, но меткое явление Винсента Галло на экране.

«Любовники», реж. Джеймс Грей, 2008

Лирическая история о невозможности другой, лучшей жизни в декорациях любимого Греем района Брайтон-Бич. По сути именно этот фильм должен был бы называться «Реквием по мечте».

«Малхолланд-драйв», реж. Дэвид Линч, 2001

Линч велик, что тут скажешь.

«Американская милашка», реж. Андреа Арнольд, 2016

Американа глазами упрямой британки, предсказавшей пришествие Трампа; точный портрет страны, в которой юность теперь бунтует по причине.

«Воспоминания об убийстве», реж. Пон Чжун Хо, 2003

Южнокорейский ренессанс, жанровое кино, основанное на true story, в какой-то момент превращающееся в философское размышление о природе насилия и национальном характере.

«Пророк», реж. Жак Одийяр, 2009

Шедевр потомственного кинематографиста Одийяра, оммаж всем фильмам категории rififi, поминальная молитва по старой доброй Франции, смелая и честная попытка отрефлексировать плюсы и минусы мультикультурной повестки, против которой даже корсиканская мафия бессильна.

«Плохой лейтенант», реж. Вернер Херцог, 2009

Остроумное и бескомпромиссное упражнение Херцога в, казалось бы, чуждом ему жанре полицейского боевика, которое, однако, почти сразу оказывается фильмом об одержимости. Отдельного упоминания заслуживает декорация — Новый Орлеан после урагана «Катрина», эстетика руины почище, чем у Гюбера Робера; сюрреалистический трип героя Кейджа по затопленным развалинам — зрелище воистину незабываемое.

«Матч-пойнт», реж. Вуди Аллен, 2005

Непривычно серьёзный Аллен даёт свою версию «Преступления и наказания». Пожалуй, никогда до и прежде режиссёру не удавалось настолько проникнуть в неамериканскую ментальность, как в «Матч-пойнте». Лондон Аллен понимает и живописует чуть ли не лучше Нью-Йорка.

«Нимфоманка», реж. Ларс фон Триер, 2013

Вроде бы очередной троллинг заигравшегося режиссёра — но кто ещё расскажет вам так доходчиво и терпеливо о сексе всё, что вы хотели, но боялись спросить.

«Лиссабонские тайны», реж. Рауль Руис, 2010

Бессмертная четырехчасовая мыльная опера о любви сына к матери, а матери к сыну (с обилием романтических историй и интриг).

«Космос», реж. Анджей Жулавски, 2015

«Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу». Муж, жена, любовник и зелёный горошек.

«Водолей», реж. Клебер Мендонса Фильо, 2016

История о семидесятилетней женщине и её квартире, которая хранит множество тайн и воспоминаний.

«Клеймо на мозге!», реж. Гай Мэддин, 2006

Самое безумное творение канадского гения на тему сиротского приюта; фрейдистские фантазии и загадка острова.

«Сын Иосифа», реж. Эжен Грин, 2016

Вариации на тему библейской истории, переложенные на современную почву.

«Затерянный город Z», реж. Джеймс Грей, 2016

Когда путешествия зовут в дорогу, «а дома ждёт тебя семья».

«Тони Эрдманн», реж. Марен Аде, 2016

Частная история семейных отношений в большой истории румынско-немецкого капитала.

«Новый мир», реж. Терренс Малик, 2005

Новые приключения принцессы Покахонтас.

«Люцифер», реж. Густ Ван Ден Берге, 2014

Дьявол спускается на землю по лестнице и искушает молодую женщину.

«Счастливый Лазарь», реж. Аличе Рорвахер, 2018

Жизнь деревенского дурачка, ставшего святым.

«Малхолланд-драйв», реж. Дэвид Линч, 2001

Фильм, который подытоживает Дэвида Линча (по крайней мере, на каком-то этапе) и эффектно запускает XXI век — век постправды и видимостей. Для тех, кто любит, когда концы сходятся с концами, это самая внятная работа мастера — праздник уюта.

«Настройщик», реж. Кира Муратова, 2004

Как ни парадоксально, но ситуация примерно та же, что и в случае с «Малхоллан-драйвом» Линча. «Настройщик» — это та самая Муратова, которую можно показать и своей бабушке: бескомпромиссная, но понятная даже самому неподготовленному зрителю.

«Песня за песней», реж. Терренс Малик, 2017

Забронзовев на «Древе жизни», Малик удачно отпустил гайки и выдал «слабоумную» трилогию («К чуду», «Рыцарь кубков» и «Песня за песней»), от которой колбасит и критику, и зрителей. Если трудно смотреть по порядку, стоит начать с «Песни за песней». Для жанра музыкального кино это шедевр.

«Оправданная жестокость» («История насилия»), реж. Дэвид Кроненберг, 2005

Кроненберг переквалифицируется в реалиста и готовит выжимку из американского кино. Начинается новый виток исследования человеческих мутаций.

«Дитя человеческое», реж. Альфонсо Куарон, 2006

Идеальные обстоятельства для встречи на экране Клайва Оуэна и Майкла Кейна. Сколько в начале нового века сделано постапокалиптических фильмов — и не сосчитаешь. Но если выбирать один — это, безусловно, картина Куарона.

«Она», реж. Пауль Верхувен, 2016

Самый хлёсткий и едкий фильм эпохи #metoo. С идеальным кастингом (Изабель Юппер божественна) и котиком.

«Нимфоманка», реж. Ларс фон Триер, 2013

Допустим, «Догвилль» гениален, «Меланхолия» прекрасна, но я все-таки выберу «Нимфоманку», чтобы поддержать автора в депрессии. Она смешная, и её можно смотреть как развернутый комментарий к «Убить Билла» Тарантино, который таким образом попадает в список на правах упоминания.

«Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса», реж. Эндрю Доминик, 2007

Один из самых красивых фильмов XXI века для тех, кто всё-таки не может смириться с новым Маликом и хочет вернуть старого. Идеальный продюсерский выбор Брэда Питта.

«Серьёзный человек», реж. Джоэл и Итан Коэны, 2009

Кажется, в списке должны быть братья Коэн.

«Жасмин», реж. Вуди Аллен, 2013

И Вуди Аллен тоже должен быть в списке любимых. Любом. Без всяких пояснений.

Главные фильмы: 

Главные режиссёры: