17.07.2018

Оркестр одиноких сердец: Вонгу Кар-Ваю — 60

Андрей Карташов
автор
Андрей Карташов

Сегодня исполняется 60 лет гонконгскому поэту от кинематографа — Вонгу Кар-Ваю, автору «Падших ангелов», «Чунгкингского экспресса», «Любовного настроения», «2046». Специально для Кино ТВ о режиссёре — Андрей Карташов.

Герои «Любовного настроения», которых играют ослепительные Тони Люн и Мэгги Чун, узнают, что их супруги изменяют им друг с другом. У них тоже начинается роман, но герои ни разу не обменяются даже касанием. Полицейский в «Чунгкингском экспрессе» мучится после расставания с девушкой и влюбляется в контрабандистку в светлом парике. В «Падших ангелах» молчаливым киллером увлекается девушка, которая посылает ему заказы. Сентиментальность фильмов Вонга Кар-Вая бьёт наотмашь, даже когда он интерпретирует гангстерский жанр, она сродни поп-песням: можно принять циничную позу и посчитать, что всё это как-то глупо, но сердцу всё равно хочется танцевать. Вонг выстраивает пышные метафоры вокруг дешёвых забегаловок, злых улиц Гонконга с неоновыми огнями, даже вокруг консервной банки может (в «Чунгкингском экспрессе») или камеры наблюдения (в «Моих черничных ночах») — такая новая искренность иронической эпохи.

Вонг Кар-Вай — один из героев эпохи VHS, и, не в обиду будет сказано гениальному оператору Кристоферу Дойлу, его фильмам девяностых выпуклый экран лампового телевизора шёл больше, чем многим другим. «Годар эпохи MTV» — так был определён режиссёр на обложке одной из кассет. Действительно: неровный, будто импульсивный монтаж Вонга напоминал о французской новой волне, но в то же время и о клипах, а некоторые сцены были сделаны как будто при помощи пульта от видеомагнитофона — на ускоренной перемотке или на паузах, составленные из серии стоп-кадров. Интересно было бы сейчас посмотреть «Чунгкингский экспресс» или «Падших ангелов» на мутной VHS-ке с английскими субтитрами и одноголосым переводом — кассеты давно стали ностальгическим объектом, но и сами фильмы Вонга во многом построены вокруг тоски по прошлому.

В Гонконге, как в России, девяностые были переходной эпохой — в 1997-м город из британской колонии превратился в часть КНР — но чувствительные сердца героев Вонга перемен не требуют и не ждут. Целую трилогию («Дикие дни», «Любовное настроение», «2046») режиссёр посвятил шестидесятым, временам своего детства, причём воссоздал их на экране с подробностью ретро; в последнем из этих фильмов есть и линия в далёком будущем, герой которой стремится в таинственное место, где никогда ничего не меняется, а значит, не может быть утрат и печали. Название этого утопического безвременья и заглавие самого фильма «2046» совпадают с годом накануне того, когда закончится пятидесятилетняя автономия Гонконга и он окажется в полной политической зависимости от Китая. Так время уничтожит целую маленькую страну — для Вонга это не столько политическая катастрофа, сколько личная, исчезновение с детства привычного ему мира с карты Земли.

Кадр из фильма «2046», реж. Вонг Кар-Вай

Те, кто населяет этот мир, связаны с ним сентиментальными узами, но то и дело пытаются сбежать: кто в Малайзию, кто в Калифорнию, кто вовсе в Буэнос-Айрес, как герои фильма «Счастливы вместе». Именно в девяностые стали много говорить о глобализации, а в «Чунгкингском экспрессе» она уже произошла. Действие первой части фильма происходит в Chungking Mansions, огромной трущобе в портовом районе Гонконга, населённой иммигрантами; в ней живут и работают люди сотни национальностей. Гонконг будто застрял между сторон света и ни к какой вполне не принадлежит, ему нет нигде места, как и самим персонажам фильмов Вонга. Здесь с китайскими фамилиями носят английские имена, подражают героям голливудских фильмов и слушают кантонские кавер-версии англоязычных песен. Даже в «Великом мастере», где действие происходит в 1930-е, плащи и шляпы героев явно отсылают к американским фильмам нуар, а саундтрек фэнтезийного «Праха времён» о древнем Китае основан на музыке Эннио Морриконе к спагетти-вестернам.

Мелодрамы и маленькие трагедии Вонга всегда как будто рождаются из духа поп-музыки, причём он не стесняется ставить некоторые песни по много раз в одном фильме. Меланхолическая кубинская песня Quizás, quizás, quizás в исполнении Нэта Кинга Коула задаёт ритм «Любовному настроению», шлягер The Mamas and The Papas о калифорнийской мечте определяет персонажа Фэй Вонг в «Чунгкингском экспрессе». У двух фильмов режиссёра даже названия совпадают с заглавиями хитов шестидесятых: «Пока не высохнут слёзы» — As Tears Go By, как у The Rolling Stones; «Счастливы вместе» — Happy Together, как в знаменитом сингле The Turtles. Иногда его сценарии кажутся импровизацией на музыкальную тему, и это почти так и есть: «Экспресс» был снят по недописанному сценарию за два месяца перерыва в съёмках «Праха времени». Годар говорил, что для фильма достаточно девушки и пистолета, Вонгу нужен музыкальный автомат с любимыми дисками.

Massive Attack на китайском, цветистые поэмы на сюжеты категории B, нелинейная драматургия с хаотически пересекающимися линиями — в девяностые такое называли постмодернизмом, и хотя само слово как-то вышло из моды, вонговская вычурность не стала хуже; просто она принадлежит своему времени. Но даже когда режиссёр уже в статусе немолодого классика обращается к большому стилю и престижному жанру исторического боевого кино в «Великом мастере», хорошо видно, что ему интереснее всего рассматривать отражения в дождевых лужах и постаревшее лицо Тони Люна, а не следить за сюжетом. Следующий его проект — сериал о китайской мафии в Сан-Франциско для Amazon, действие длится семьдесят лет — так Вонг оказался на малом экране, но не на MTV, а на плоском экране монитора. «Войны тонгов» могут стать, наверное, его «Однажды в Америке», но вряд ли там будут танцы на кухне бистро под старую американскую попсу — и когда мы будем смотреть сериал, в какой-то момент взгрустнётся, что ушло время этих танцев, но мы отмахнёмся от этой мысли как от глупой ностальгии.