31.01.2018

Пять главных сериалов января

Татьяна Алёшичева
автор
Татьяна Алёшичева

Татьяна Алёшичева рассказывает о сериалах 2018-го, которые не стоит пропускать. 

«Мозаика» (Mosaic), HBO

Богатая и знаменитая детская писательница Оливия Лейк (Шэрон Стоун) живёт в штате Юта в усадьбе, где земля, кажется, богата ценными минералами. Владелец соседнего участка, отчаявшись уломать её продать собственность, подсылает к Оливии брачного афериста Эрика, чтобы уговорить её съехать, а тот ненароком влюбляется в стерву. Но что-то идёт не так. В новогоднюю ночь Оливия сначала бешено ссорится с наёмным работником Джоэлом (неуклюжий красавчик Гаррет Хэдлунд), на которого имела виды. Узнав правду о намерениях Эрика, заодно выгоняет и новоявленного жениха. А потом бесследно исчезает. Студия Оливии разгромлена и залита кровью, и в тюрьму садится Эрик — у полиции нет сомнений, что он виновен в её гибели. А у зрителя — есть. Согласно определению Хичкока, саспенс — это когда зритель видит и знает больше персонажа, находящегося в опасности. И автор сериала Стивен Содерберг в изобилии снабжает своего зрителя таким знанием: одно то, как Оливия позволяла себе унижать Джоэла, уже тянет на драму. Склонный к экспериментам с нарративом, Содерберг задумал этот сериал как интерактивный: в мобильном приложении его части можно было менять местами и следить за историей с точки зрения разных персонажей. В полной мере эти самые «точки зрения» сохранились и в смонтированной режиссером версии. Перед нами классическое расследование в жанре whodunit («кто это сделал?»), похожее сразу и на скандинавский нуар, и на британские детективы про ужасы тихой провинции — упражнение в стиле от Содерберга.

«Алиенист» (Alienist), ТNT

«В 19 веке люди с ментальными расстройствами считались отчуждёнными от собственной натуры, а специалисты, изучавшие подобные недуги, назывались «алиенистами», — разъясняет вступительный титр. Доктор Ласло Крайцлер (Даниэль Брюль) — психиатр, специалист по девиантному поведению, пестующий деток со странностями, которых приводят к нему на лечение обеспокоенные родители. В исследовательских целях доктор живо интересуется преступлениями из разряда самых жутких, и как раз такое случается в 1896 году в нью-йоркских трущобах. Там полиция находит разрубленный на куски труп мальчика-проститутки, наряженного в женское платье. По просьбе Крайцлера репортёр Джон Мур (Люк Эванс), рисующий скетчи для вечерних газет, спешит на место преступления, чтобы запечатлеть детали. Так складывается команда, идущая по следу потрошителя. Вскоре к новоявленным «Холмсу и Ватсону» присоединяется эмансипе Сара Говард (Дакота Феннинг) — одна из первых женщин на полицейской службе. Шефа уголовной полиции, на которого работает Сара, зовут Теодор Рузвельт. Это тот самый «Тэдди», будущий 26-й Президент США, проваливший выборы мэра Нью-Йорка, но на посту шефа полиции начавший реформы — Рузвельт боролся с кумовством и коррупцией и лично обходил вечерами территорию полицейских патрулей, проверяя, как те несут службу. Человек разумный, он неохотно, но всё же позволяет Крайцлеру вмешаться в расследование. Новая викторианская страшилка методично предъявляет любителям жанра все его составляющие по списку плюс отменную картинку — блестящая грязь тротуаров, приглушённый свет в коридорах борделя и яркие лампы прозекторской. Временами кажется, что новый сериал слишком явно подражает британской «Улице Потрошителя» — да, все викторианские детективы похожи. Но дьявол, как известно, в деталях.

«По ту сторону» (Counterpart), Starz

Удивительный Дж. К. Симмонс, заслуживший первый «Оскар» в возрасте за шестьдесят за роль жестокого профессора музыки в «Одержимости», играет здесь сразу двух героев. Точнее, Говард Силк — один и тот же человек, существующий в двух параллельных реальностях. В условном «социалистическом» Берлине это невзрачный тихий хмырь, перебирающий бумажки в некой засекреченной конторе. В то же время в «капиталистическом» Берлине он крутой спецагент разведки, этакий лощёный Бонд, стреляющий сразу с двух рук. Раздвоение реальности стало побочным эффектом военного эксперимента во времена холодной войны 30 лет назад. С тех пор спецслужбы сообщающихся миров охраняют точку перехода из одного в другой, не давая людям с общим прошлым и разным настоящим увидеть своих двойников. Но Говард-супермен приходит на помощь, когда проскользнувший из мира злого чистогана наёмный убийца покушается на жену Говарда-тихони вследствие запутанной шпионской интриги. Научно-фантастические антиутопии почти всегда становятся поводом для философских размышлений о природе человека, и эта — не исключение. Вопросы тут возникают не праздные, в духе «Бегущего по лезвию»: под влиянием каких обстоятельств человек может стать жестоким наёмником или тихим клерком? Какие события определяют нашу личность, и много ли в ней остаётся от переживаний детства? Есть над чем подумать под беготню и пальбу.

«Американская история преступлений: Убийство Джанни Версаче» (The Assassination of Gianni Versace: American Crime Story), FX

Насколько ехидным и разоблачающим по отношению к массовой культуре и её дутым кумирам был первый сезон о процессе О. Джея Симпсона, который СМИ превратили в грандиозное шоу, настолько трепетно относится к своему герою второй сезон сериала. Это настоящий жестокий романс со слезой, мыльная опера в её новейшем изводе о гибели полубога Версаче. Сами вычурность, кич и налёт вульгарности в его стиле тут трактуются как отсвет божественной сущности. Согласно смелому допущению журналистки Морин Орт, на книге которой основан сезон, и произволу шоу-раннера Райана Мёрфи, досочинившего историю на основе непроверенных слухов, Версаче был знаком с убийцей. Точнее, ненадолго озарил того своим божественным светом, чтобы потом оставить прозябать во тьме, которой тот не вынес и отомстил. Проще говоря, бедолага Кьюнанен (Даррен Крисс) слетел катушек, когда его ненадолго пустили в мир богатых и знаменитых, а потом оттуда бесцеремонно выпихнули. Но чем дальше движется сюжет, тем сложнее становится. До нападения на модельера Кьюненен уже убил четверых. И он сам, как и его жертва — в какой-то мере продукт породившего их общества с его тягой к свободе, вседозволенности и промискуитету с одной стороны, и непобедимым ханжеством с другой. Партнера Версаче Антонио д’Амико здесь трогательно изображает Рики Мартин, а нынешнюю владелицу бренда Versace Донателлу блистательно играет Пенелопа Крус, сообщая своей героине одновременно непобедимую вульгарность и подлинную силу личности.

«Трагедия в Уэйко» (Wako), Paramount

Сериал, основанный на реальных событиях, выглядит как добротное голливудское кино из оскаровских списков не в последнюю очередь из-за участия великого Майкла Шеннона в роли совестливого переговорщика ФБР. Сначала его герой Гари Носнер «подчищает» топорную работу группы захвата в 1992-м в Айдахо. Во время осады забаррикадировавшегося в доме с оружием бунтовщика из бывших «зеленых беретов» Носнер уговаривает того сдаться даже после того, как ФБР-овский снайпер случайно убивает его жену. Спустя год Носнер будет участвовать с той же командой ФБР в осаде ранчо «Маунт Кармэл» в Техасе, принадлежащего религиозной секте. Управляет ранчо самопровозглашённый гуру Дэвид Кореш — Тейлор Китч изображает его своим в доску пророком, самым искренним на свете парнем, которому хочется отдать душу и кошелек. Удивительно всё же, что сектанты послушно отдают Корешу и своих жен: ему де было откровение, что сексуальное влечение губит душу, и он берёт этот грех на себя. На практике это выглядит так: десятки мужчины в секте мучимы целибатом, пока их вожак живет в окружении наложниц — драматический конфликт налицо. Не меньший конфликт зреет и среди ФБР-овцев, которые вначале сочли сектантов легкой добычей, думая выслужиться после позора в Айдахо, но снова раз за разом упускали возможность разрулить дело без крови и совершали одну ошибку за другой. Не помог даже засланный в секту агент (Джон Легуизамо), которому Кореш доверял. Психологическая драма в формате большого голливудского стиля рассказывает о болезненном и ещё не до конца осмысленном — каких-то 25 лет прошло! — противостоянии государства со своими гражданами, на самом деле не совершившими ничего противозаконного, пока на них не двинули танки.