26.07.2018

Стэнли Кубрику — 90. Кто вместо него?

Андрей Карташов
автор
Андрей Карташов

Из всех режиссёров младшего поколения Орсон Уэллс когда-то выделил Стэнли Кубрика — так Кубрик оказался «новым Уэллсом», да он и правда следовал в фарватере дерзкой виртуозности уэллсовского стиля. Прошло полвека, и место «новых уэллсов» заняли «новые кубрики». Броская манера классика, легко менявшего жанры, но всегда сохранявшего своё эффектное мастерство в режиссуре и свой холодный скептицизм в выборе сюжетов и их трактовках, и сейчас продолжает волновать студентов киношкол. А из авторов, претендующих на звание «Кубрика нашего времени», можно составить целый хит-парад — что мы и сделали.

Альфонсо Куарон

Один из самых виртуозных режиссёров современности, мастер долгого плана Альфонсо Куарон — добрый вариант Кубрика. Зачин что «Дитя человеческого» (человечество в кризисе), что «Гравитации» (человечество в бессилии перед Вселенной) можно было бы представить себе у великого американца, но Куарон в своих фильмах всё же умудряется приходить к оптимистическим выводам. Что до «Гравитации», то её вообще можно считать расширенной вариацией сцены из «Космической одиссеи», в которой компьютер HAL оставляет одного из астронавтов в открытом космосе.

«Даже с учетом того, как старательно я избегал „2001“, его призрак все равно преследовал меня. С его невероятным вниманием к деталям и дотошным исследованием, Кубрик воссоздавал реальность так, что создавал свою собственную. Невозможно смотреть на парящий объект и не думать о ручке в пассажирском челноке Пан Ам. Смотреть на Сандру Буллок, улетающую в пустоту, и не вспоминать Фрэнка Пула, по спирали уносящегося в бездну»

Николас Виндинг Рефн

В команду своего первого англоязычного фильма «Страх Икс» Николас Виндинг Рефн нанял оператора Ларри Смита, работавшего в группе Кубрика на «С широко закрытыми глазами», и проезды по коридорам гостиницы, где живёт герой Джона Туртурро, живо напоминают о «Сиянии». Более очевидно влияние в «Бронсоне», где сцены старого доброго ультранасилия озвучены классической музыкой. Кажется, что пристрастие к поп-артовой эстетике, кричащим цветам и экранной жестокости в поздних фильмах Рефна тоже вышло из «Заводного апельсина», хотя датчанин утверждает, что «всё украл у Кеннета Энгера».

«Стэнли Кубрик очень сильно повлиял на меня. Я смотрел его фильмы и осознавал собственную неопытность. Что уж говорить, если для „Бронсона“ я нанял того же оператора, который снял „С широко закрытыми глазами“»

Ларс фон Триер

В отличие от своего соотечественника, Триер никогда не скрывал любви к Кубрику, которого он включает в личный режиссёрский пантеон вместе с Тарковским и Бергманом. Как Кубрик, Триер тоже способен смотреть в космическую бездну не моргая (в «Меланхолии»), причём под приличествующую этому занятию классическую немецкую музыку. Другой объединяющий фактор — режиссёрский метод: существуют легенды о том, как оба постановщика изводили своих актёров — включая Николь Кидман, которая снималась у обоих (в «С широко закрытыми глазами» и «Догвилле»).

«„Барри Линдон“ — всё ещё один из моих любимых фильмов. Он очень странный, но, конечно, грандиозный. Я разговаривал с Николь Кидман об этой картине, а она беседовала о ней с самим Кубриком. Говорит, Стэнли он не нравился. Он считал его затянутым — что ж, я знаю, какие сцены можно было бы сократить»

Алекс Гарленд

Кубрика всегда занимал вопрос о границах человеческого, в том числе применительно к машинному мышлению — в «Космической одиссее» и сценарии «Искусственный интеллект», поставленном Спилбергом. Сценарист Алекс Гарленд начал режиссёрскую карьеру с фильма «Из машины», в котором кубриковский HAL обретает обольстительную внешность Алисии Викандер. Почтение к «Космической одиссее» проявляется и в недавней «Аннигиляции», где жанровый научно-фантастический сюжет приобретает в финале психоделическое измерение.

«„2001“ демонстрирует масштаб идей, которые вы можете реализовать в научной фантастике. В нем есть два фундаментальных явления: первая встреча с инопланетянами и, вероятно, лучшее изображение искусственного интеллекта».

Пол Томас Андерсон

У Пола Томаса Андерсона есть фильмы, целиком вдохновлённые Робертом Олтменом («Магнолия» и «Врождённый порок»), а таких же масштабных оммажей Кубрику нет. Однако пристрастие к кинороманам о мужчинах в кризисе, отстранённый взгляд клинициста, а также формальное совершенство его хитроумных долгих планов приводят к тому, что «новый Кубрик» — одно из постоянных определений ПТА. Это не говоря уже о том, как он работает с музыкой (вспомним, как Том Круз появляется в «Магнолии» под «Так говорил Заратустра» — в тот момент артист снимался в последнем фильме Кубрика). Самым кубриковским фильмом Андерсона стала, возможно, «Призрачная нить» — исследование динамики семейных отношений сродни «Широко закрытым глазам».

«Я думаю, что никто из режиссёров не избежал влияния Стэнли Кубрика. Конечно, я не могу говорить за других, но, кажется, его фильмы — это планка для всего нашего поколения. То, с каким наслаждением, с каким вниманием к деталям он снимал своё кино — восхищает. Мне посчастливилось встретиться с ним — это была привилегия и честь. И, знаете, он был очень мил со мной, когда узнал, что я снял „Ночи в стиле Буги“, но стал в несколько раз милее, когда узнал, что я написал и сценарий»

Дэвид Финчер

Сам Кубрик мог бы гордиться количеством дублей, которые понадобились Дэвиду Финчеру для первой сцены «Социальной сети» — 99. Нездоровый перфекционизм, проверенная алгеброй гармония — такое впечатление оставляют работы обоих режиссёров, вплоть до как будто бы механических движений камеры (у Финчера они и в самом деле механические — скорректированные на компьютере). Обоих отличает и глубокая мизантропия — на неверии в человеческую мораль построены и «Исчезнувшая», и «Лолита». Интересно, что обоим режиссёрам не требуются оригинальные сюжеты: все работы Кубрика, не считая первых двух, и все фильмы Финчера за последние двадцать лет основаны на книгах.

«Мне было семь лет, когда я впервые увидел „2001“. Мой отец очень любил кино, мы никогда не играли в бейсбол, как это принято, а вместо этого ходили на выходных в кинотеатры. И вот, это был сдвоенный сеанс: „Жёлтая подводная лодка“, а потом „Космическая одиссея“. Я посмотрел первый и подумал: неплохо, а потом начался „2001“. Первые двадцать минут — ни одной реплики в кадре, только обезьяны. Я наклонился к отцу и прошептал ему на ухо: а почему никто не разговаривает? Он ответил: в этом весь смысл. Я навсегда запомнил этот урок»

Кристофер Нолан

Фильмы Нолана, напротив, далеки от формального совершенства Кубрика (британец обычно делает всего пару дублей на сцену), но сравнение проводится в каждой второй рецензии на «Интерстеллар» и «Дюнкерк». Дело не столько в эстетическом сходстве, сколько в амбиции: в двух последних на настоящий момент работах Нолан берётся за самые масштабные жанры — космический и военный — и пытается сказать в них новое слово, как это делал Кубрик в «Космической одиссее» и «Цельнометаллической оболочке».

«Думаю, что всем режиссерам хотелось бы повторить успех Кубрика, которому удавалось снимать очень личные фильмы в рамках студийной системы»

Джонатан Глейзер

Ещё когда Джонатан Глейзер не снимал полнометражное кино, в его клипах проскакивали прямые цитаты из фильмов юбиляра. Его второй фильм «Рождение» кажется работой талантливого кубриковского подмастерья: Кидман в главной роли, камера ездит по коридорам, как в «Сиянии», но не отеля, а нью-йоркских квартирных домов (как в тех же «Широко закрытых глазах»). Но главное — взгляд на страсти человеческие как с точки зрения пришельца. Последнее буквально так и есть в третьем фильме Глейзера «Побудь в моей шкуре» — апдейте Кубрика для цифровой эпохи, где инопланетянка Скарлетт Йоханссон охотится на шотландских мужчин.

«Если вы видели клип на песню Universal группы Blur — вы можете многое понять о моём отношении к Кубрику. Да и „Karmacoma“ получился похожим на кошмарный — в хорошем смысле — сон, что может присниться под утро киноману со стажем. Тарантино встречает здесь Линча, оба при этом в гостях у Кубрика, что само по себе выкручивает тумблер сюра на максимум»