05.03.2019

Тарантино, Полански, Джармуш, Альмодовар: 20 фильмов, которые мы ждём на 72-м Каннском кинофестивале

Максим Заговора
автор
Максим Заговора

Сразу несколько журналистов-инсайдеров заявили, что включение нового фильма Квентина Тарантино «Однажды в Голливуде» в программу Каннского кинофестиваля — решённый вопрос. Кино ТВ доверяется не фактам, но интуиции и пытается угадать аж двадцать картин, которые можно будет увидеть на главном киносмотре планеты в этом году. Фестиваль откроется 14 мая, по традиции примерно за месяц Тьерри Фремо огласит участников. Пошёл обратный отсчёт.

«Однажды в Голливуде» (Once Upon a Time in Hollywood), Квентин Тарантино

Кадр со съёмочной площадки фильма, comicbook.com

Девятый (предпоследний?) фильм Квентина Тарантино, и снова дримкаст. Леонардо ДиКаприо играет экс-звезду телевестерна Рика Далтона, который вместе с дублёром Клиффом Бутом (Брэд Питт) пытается реанимировать карьеру в Голливуде. Им вроде как помогает жена Романа Полански (Рафаль Заверуха) Шэрон Тэйт (Марго Робби), но где-то рядом бродят участники секты Чарльза Мэнсона (Деймон Харриман), а значит, скоро прольётся кровь. Первое время казалось, что основные события фильма будут развиваться именно вокруг убийства Шэрон, но эти слухи опроверг сам Тарантино, сказав, что главный герой картины — это Голливуд 1969-го.

«Дело Дрейфуса» (J’accuse), Роман Полански

Письмо Эмиля Золя в поддержку Альфреда Дрейфуса, colta.ru

Потенциальная, но вводящая в ступор, рифма с фильмом Тарантино в программе — новая картина Романа Полански «Дело Дрейфуса», повествующая, как несложно догадаться, о резонансном процессе над французским офицером Альфредом Дрейфусом, обвинённом в шпионаже в пользу Германской империи и оправданном спустя десять лет после приговора. «J’accuse» из оригинального названия — это знаменитое «Я обвиняю!» из письма Эмиля Золя, с которого и началась реабилитация военного. В роли Дрейфуса, кстати, Луи Гаррель.

«Мёртвые не умирают» (The Dead Don’t Die), Джим Джармуш

Кадр со съёмочной площадки фильма, bloody-disgusting.com

Разобравшись с вампирами, мертвецами и водителями автобусов, Джим Джармуш обращается к новой для себя нечисти в одном из самых интригующих зомби-фильмов в истории. В главных ролях сплошь старые приятели режиссёра: Адам Драйвер из «Патерсона», Билл Мюррей и Хлоя Севиньи из «Сломанных цветов», Тильда Суинтон из «Любовников», Стив Бушеми и Том Уэйтс из «Таинственного поезда» и «Кофе и сигарет». За новеньких — Селена Гомес и Калеб Лэндри-Джонс, что тоже не может не радовать. Ставим на этот фильм как на лучшую комедию года, а там как пойдёт.

«Боль и слава» (Dolor y gloria), Педро Альмодовар

Кадр со съёмочной площадки фильма, www.fotogramas.es

Стареющий режиссёр на закате карьеры вспоминает свои лучшие дни — это пока ещё не характеристика фильма, а его анонсированный синопсис. «Боль и слава» — то ли автобиографический, то ли всего лишь усердно на это намекающий фильм Альмодовара, который на бумаге выглядит именно так, как мы представляем себе фильмы Альмодовара: Пенелопа Крус и Антонио Бандерас в главных ролях, мужская сентиментальность, творческая рефлексия, калейдоскоп женщин.

«Предатель» (Il Traditore), Марко Беллоккьо

Кадр со съёмочной площадки фильма, www.filmitalia.org

А вот это уже интересно. Великий итальянец вступает на путь криминальных байопиков с историей неаполитанского гангстера Томмазо Буссетте, сдавшего, в частности, экс-премьер-министра страны Джулио Андреотти. Плохих фильмов Беллоккью не снимает, но, кажется, именно в политических триллерах (вспомним хотя бы «Здравствуй, ночь») он особенно хорош.

«Гнездо» (The Nest), Шон Дуркин

Кэрри Кун, Шон Дуркин и Джуд Лоу, www.indiewire.com

Кажется, амбициозный вроде бы триллер режиссёра инди-хита «Марта, Марси Мэй, Марлен» и мини-сериала «Саутклифф», а ещё продюсера «Пирсинга» и «Глаз моей матери» Шона Дуркина. Джуд Лоу и Кэрри Кун играют семейную пару, в рамках стратегии повышения благополучия переехавшую из Америки в Англию. Вот только селятся они где-то на отшибе, и скоро изолированная жизнь приводит к первым конфликтам. За первыми приходят вторые и так далее. Опасаться уже приходится даже не за семейную жизнь, а за жизнь вообще.

«О бесконечности» (Om det oändliga), Рой Андерссон

Кадр со съёмочной площадки, Фото: Studio 24

Снова много-много персонажей, снова переплетение историй, снова, похоже, наблюдение за повседневностью. В общем, мы предвкушаем в некотором смысле продолжение «Голубя…» — предыдущего фильма Андерссона, получившего «Золотого льва» в Венеции. В связи с этим, кстати, можно было бы ожидать новую ленту режиссёра именно на Лидо хотя бы в качестве жеста почтения, но рискнём предположить, что швед соскучился по главному киносмотру Европы, который, в свою очередь, по нему совершенно точно скучал.

«Жанна» (Jeanne), Брюно Дюмон

Брюно Дюмон, www.cinemany.ch

В новых фильмах Дюмона легко запутаться. Вот он снимает продолжение мини-сериала про мальчика с заячьей губой «Кенкен и инопланетяне», вот он представил хэви-метал-мюзикл о детстве Жанны д’Арк, а вот уже, кажется, снял и его сиквел. Девочка подросла, у неё впереди военные походы, инквизиция и смерть на костре. Скорее всего, это и есть примерный сюжет «Жанны», но нельзя исключать, что история оборвётся где-то между, оставив пространство для потенциальной трилогии или тетралогии.

«Грех» (Il peccato), Андрей Кончаловский

Кадр со съёмочной площадки фильма

С эпической (воссоздание Сикстинской капеллы, изменение ландшафта площади Синьори) лентой Кончаловского о Микеланджело в прошлом году произошла странная история: то ли режиссёр сам отозвал заявку на участие в Венецианском кинофестивале, то ли фестиваль решил не брать картину в конкурс, но факт остаётся фактом: новую ленту одного из самых обласканных международными смотрами русских режиссёров пока видели только он сам, Владимир Путин и гости специального показа в Кремле, на котором Кончаловский сравнивал Алишера Усманова с Лоренцо Великолепным. Вариантов для официальной премьеры остаётся не так много: либо Канны, либо всё-таки Венеция, либо телеканал «Культура».

«Радегунд» (Radegund), Терренс Малик

Кадр со съёмочной площадки фильма, www.IMDb.com

Байопик-долгострой о блаженном мученике Римско-католической церкви Франце Егерштеттере — австрийце, отказавшемся служить Третьему рейху, за что и казнённом. Приближённые киноведы шепчут о линейном повествовании в «Радегунде», но мы, пока не увидим, конечно, не поверим.

«Венди» (Wendy), Бен Зайтлин

Бен Зайтлин, www.colider.com

Первый полный метр Зайтлина «Звери дикого Юга» о девочке и урагане получил гран-при «Санденса», приз за лучший дебют в Каннах и довольно феноменальную прессу. Спустя семь лет режиссёр возвращается с новой картиной, в которой детей уже двое, а вместо понятного стихийного бедствия — загадочный остров, меняющий течение времени.

«Память» (Memoria), Апичатпонг Вирасетакун

Тильда Суинтон и Апичатпонг Вирасетакун, www.transmedium.com

Типичный сюжет практически каждого Каннского кинофестиваля: мощный независимый режиссёр из экзотической страны решается на большой англоязычный фильм с суперзвездой, а то и не одной, в кастинге. Обычно ничем хорошим это не заканчивается, но в союз обладателя «Золотой пальмовой ветви» Вирасетакуна с не надоедающей Тильдой Суинтон почему-то хочется верить. Сюжет фильма строится вокруг реального заболевания — синдрома взрывающейся головы. Предвкушаем по этому поводу нешуточное состязание кинокритиков в искусстве придумывания заголовков.

«Мектуб, моя любовь 2» (Mektoub My Love: Intermezzo), Абделатиф Кешиш

Из-за трилогии о Мектубе Кешиш успел поссориться с продюсерами (во многом как раз из-за того, что один фильм, вопреки договорённостям, и стал трилогией), продать свою «Золотую пальму» и пережить депрессию. Первую часть полюбили критики, но оставило без внимания венецианское жюри, да и зритель за пределами Франции практически не заметил, что, конечно, зря: мало кто в современном кино так сочетает чувственное и плотское. Когда хочется пустить слезу от фильма, в котором большую часть хронометража на экране солируют женские ягодицы, это что-то значит. Ждём продолжения.

«Паразит» (Gisaengchung), Пон Чжун-хо

Пон Чжун-хо

Один из самых засекреченных, но интригующих проектов года (вопрос, правда, какого именно) — самый ожидаемый, на секундочку, фильм на сайте Kinopoisk, притом что не комикс, не Голливуд и вообще на корейском. Аннотация на том же сайте гласит: «С мужчиной происходит нечто, что заставляет его пересмотреть отношение к некоторым семейным ценностям», — строчка, которую, в принципе, можно использовать для описания любого фильма в мире, пожалуй, даже «Окчи», предыдущей ленты По Чжун-хо о свинопотаме.

«Щегол» (The Goldfinch), Джон Краули

Николь Кидман на съёмках фильма, www.hellomagazine.com

Экранизация одного из самых популярных романов XXI века, в которую почему-то никто особо не верит. Зачитанная до дыр история приключений Теодора Деккера с картиной Карела Фабрициуса. В ролях: Энсел Элгорт, Николь Кидман, Люк Уилсон и Сара Полсон. С одной стороны, фильм, конечно, не выдаёт в себе фестивального формата, но прокат в октябре намекает, что премьера вполне может состояться на одном из больших летних смотров. По крайней мере, вне конкурса.

«Правда» (La verite), Хирокадзу Корээда

Хирокадзу Корээда, Катрин Денёв и Жюльет Бинош, www.cineeuropa.org

Уехав в прошлом году из Канн с главной наградой за «Магазинных воришек», Хирокадзу Корээда не стал засиживаться за праздничным столом и осенью снял свой международный дебют с участием Жюльет Бинош, Итана Хоука и Катрин Денёв. Первая и второй — супружеская пара, они возвращаются во Францию из Соединённых Штатов в тот самый момент, когда у матери жены (Катрин Денёв) выходит книга мемуаров, из которой герои узнают друг о друге много нового. Сценарий основан на пьесе Корээды, написанной почти пятнадцать лет назад, но так и не воплотившейся в спектакль или фильм.

«Матиас и Максим» (Matthias & Maxime), Ксавье Долан

Кадр со съёмочной площадки фильма, www.theplaylist.net

Ксавье Долан, сызмальства привыкший не покидать Лазурный берег без призов, продолжает отходить от холодного душа, который ему пришлось принять после съёмок «Смерти и жизни Джона Ф. Донована». Тот фильм, напомним, и в Канны не отобрали, и в Торонто заругали, и вообще толком ещё никто не видел. Исправлять биографию Долан решил привычными средствами: он снова снимает в Канаде, снова на французском, а для верности ещё и поместил себя в кадр.

«Дылда», Кантемир Балагов

Кадр со съёмочной площадки фильма, www.sobaka.ru

Экзамен вторым фильмом для самого пока что успешного выпускника кабардино-балкарской мастерской Александра Сокурова, отмеченного в тех же Каннах призом ФИПРЕССИ. Над «Дылдой» Балагов работал, впрочем, под покровительством Александра Роднянского — первые сцены уже были показаны на кинорынке в Берлине и, как говорят (тоже, правда, в основном Александр Роднянский), хорошо приняты. Что касается сюжета, то «Дылда» — это история двух фронтовичек, возвращающихся в послевоенный Ленинград, вдохновлённая романом Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо». Куда больше, впрочем, интригует другое: соавтор сценария — другой большой (может, и вовсе лучший) современный писатель Александр Терехов.

«Ахмед» (Ahmed), братья Дарденн

Весьма вероятное возвращение каннских любимцев с остросоциальным кино: бельгийский подросток, начитавшийся экстремистских интерпретаций Корана, планирует убийство учителя. Нечто на подобную тему только что представил берлинской публике другой франкоязычный классик Андре Тешине, но представил так, что лучше мы об этом забудем и будем ждать братьев Дарденн с чистым сердцем.

«Прости, мы скучали» (Sorry We Missed You), Кен Лоуч

Кен Лоуч на Каннском кинофестивале, www.forum.blueray.com

Новый фильм одного из самых возмутительных победителей Каннского фестиваля за последние годы: в 2016 году, напомним, «Золотая пальмовая ветвь» досталась фильму Лоуча «Я, Дэниел Блейк» при наличии в конкурсе картин Верхувена, Мунджиу, Пак Чхан Ука, Альмодовара, Джармуша, Марин Аде и других. «Блейк» был довольно лобовой левацкой агиткой, и английский ветеран не изменяет себе. Герои новой картины — водитель грузовика и его супруга, пытающиеся обустроить жизнь в несправедливой и капиталистической Англии.