26 September

BIAFF-2019: роуд-муви из Ирана, словацкие неонацисты и немецкая секс-индустрия

Ксения Ильина
автор
Ксения Ильина

22 сентября завершился Батумcкий международный фестиваль артхаусного кино — второе по масштабу кинособытие в Грузии после Тбилисского международного кинофестиваля.

В сентябре в «Коллекцию мастеров» на побережье традиционно привозят фестивальные хиты со всего мира: конечно, в первую очередь с фестивалей «большой тройки». В этом году это, например, такие фильмы, как «Предатель» Марко Беллоккьо, «Молодой Ахмед» братьев Дарденн, «Золотая перчатка» Фатиха Акина или «Мистер Джонс» Агнешки Холланд. С мастер-классами тут выступают такие величины, как Пол Шредер или Дени Лаван. Но прежде всего Батумский кинофестиваль несёт миссию по открытию хитов поменьше: в фокусе фильмы Роттердама, Карловых Вар и Локарно. Ну и, естественно, обязательный пункт в программе батумских отборщиков — это грузинские игровые и документальные фильмы, почти всегда — в копродукции с европейскими странами, которые помогают выйти локальным работам на мировую фестивальную арену.

Кроме внеконкурсных звёздных программ в Батуми на удивление интересен сам конкурс — ведь именно он формирует фестивальную повестку. В этом году в конкурсе Батумского кинофестиваля было десять игровых лент и восемь документальных, среди которых, например, уже известный по фестивалю «Зеркало» в Иванове «Конец сезона» Эльмара Иманова, венгерский сай-фай от режиссёра «Таксидермии» Дьердя Палфи или польский «Сладкий конец дня» Яцека Борцуха. Иманов, кстати, попал в Батуми с ещё одной своей работой — короткометражкой «Традиция», но его имя в титрах скромно значится после имени Сосо Блиадзе, главного режиссёра и автора сценария. «Традиция» рассказывает историю двух европейских путешественников, оказавшихся на громкой грузинской свадьбе; там их кормят, поят и окружают любовью ровно до того момента, когда один решает поцеловать другого. После чего путешественников с треском и позором выгоняют с празднества. Один из грузин помогает европейцам спрятаться, а после робко целует одного из беглецов. «Традиция» — ужасно смешная и точная зарисовка на тему повсеместной кавказской гомофобии, актуальная как никогда, пусть сценарий Иманова и Блиадзе и пролежал несколько лет на полке в ожидании финансирования.

Кадр из фильма «Да будет свет», реж. М.Скоп, 2019 г.

Среди любопытных и ранее не замеченных фильмов игрового конкурса в этому году — словацко-чешский «Да будет свет» Марко Скопа и иранский «Замок мечты» Реза Миркарими. Премьера фильма Скопа прошла в Карловых Варах в июле этого года. «Да будет свет» — очень характерный для сегодняшнего восточноевропейского кинематографа фильм. В центре сюжета — история одной семьи из Словакии, глава которой, Милан, работает в Германии, чтобы содержать жену и детей. Но когда он возвращается домой на Рождество, то быстро понимает, как далёк он теперь от того, чем живут его близкие. Он чувствует дистанцию между собой и ими, которую невозможно заполнить. Сын успел вступить в неонацистскую банду, с женой всё сложнее находить общий язык. Милан понимает, что роль отца и мужа больше не убедительна ни для кого, включая его самого. Это негромкое, но полное внутреннего психологизма кино в первую очередь даже не о кризисе отцовства, хотя эта линия фильма прописана очевиднее всего. «Да будет свет» органично встраивается в общую линию фильмов о кризисе маскулинности как таковой, которую проводят современные режиссёры от Карлоса Рейгадаса в «Нашем времени» до недавней болгарской картины «Ирина» Надежды Косевой. Географический разброс лишь подтверждает тезис, что на любом континенте человек рано или поздно сталкивается лицом к лицу с собственной слабостью и только от него зависит, как он готов её преодолеть.

Иранский фильм «Замок мечты», победитель Шанхайского кинофестиваля, тоже рассказывает о кризисе одной семьи. Главный герой вынужден забрать собственных детей от матери — та попадает в больницу с тяжёлым диагнозом. Но забрать детей для героя — это почти как начать жить с чистого листа. Отец не знает, как себя вести с собственными детьми. Вместе они едут в госпиталь, чтобы навестить умирающую женщину, и в течение полутора часов этот фильм, снятый в традиции роуд-муви, успевает многое рассказать о жизни каждого из героев. Любопытно, что «Замок мечты» на первый взгляд гораздо проще вписать в контекст кинематографа такого иранского «европейца», как Асгар Фархади, чем в линию предшественников в лице Киаростами или Махмальбафа. Миркарими вслед за Фархади берёт за основу историю, которая, по сути, могла произойти где угодно, но патриархальный уклад иранского общества и его нравы только подогревают огонь проблем.

В конкурсе документальных фильмов показали картину Эльке Леренкраус «Лавмобиль» — фильм-портрет представительниц секс-индустрии, зарабатывающих на жизнь в трейлерах на шоссе в Германии. Таких трейлеров на шоссе между Ганновером и Вольсбургом целых 26, и в каждом девушки знают наизусть даты, когда сотрудники завода «Фольксваген», находящегося неподалёку, получают зарплату, — значит, мужчины обязательно заглянут к ним. Леренкраус сосредотачивается на двух героинях — Милене из Болгарии и Рите из Нигерии. Девушки без стеснения рассказывают о своей настоящей жизни, которая для них является лишь мостиком для лучшей жизни в будущем. Они мечтают и жалуются на дикие нравы клиентов, смеются и плачут, и ни одна, конечно, не собирается задерживаться на работе в трейлере долго. Но, по словам хозяйки трейлера Уши, так говорит каждая из девушек, приезжающих в поиске лёгких денег в Германию.

После просмотра нескольких фильмов из разных программ довольно просто вывести смысловую линию фестиваля этого года. Герои картин от Турции до Финляндии, показанные на грузинском побережье, — лишь неприкрашенное отражение нас самих, таких же слабых, но в чём-то невероятно смелых, отстаивающих свои права на то, чтобы заслужить в финале — картины или жизненной главы — крупицу счастья.