19 July

История одного саундтрека: «Даун Хаус»

Артём Макарский
автор
Артём Макарский

В новом выпуске рубрики о заметных и легендарных саундтреках Артём Макарский чествует недавнего незаметного юбиляра, комедию Романа Качанова и Ивана Охлобыстина «Даун Хаус» — и рассказывает о том, как фильму помог диалог разных культур и насколько музыка в картине соответствует духу странного времени.

«Композитор: Грув». Это сочетание слов в начале нулевых вызвало сильное недоумение — потому что для Евгения Рудина, более известного как DJ Groove, это был первый опыт написания музыки к фильму. «Диджей» для солидности убрали, но критика благосклонна не была: «Слух утомлён до предела саундтреком», — писали в «Независимой газете», и эта фраза мало чем отличалась от прочих рецензий на фильм и саундтрек.

Известно, как вы корабль назовете, так он и поплывёт, — и подавляющее большинство критиков пытались в саундтреке «Даун Хауса» найти что-то «безумное», в одном тексте упомянуть и музыку, и синдром Дауна, и, конечно, в материалах саундтрек обзывали «идиотическим». Сейчас в это, может, и трудно поверить, но «Даун Хаус», ставший культовым, наравне с «8 ½ долларов» Григория Константинопольского, совершенно не приняла критика. За исключением Лидии Масловой (в статье издания «Коммерсант» она отметила неплохой сценарий Ивана Охлобыстина и крепко отругала режиссуру Романа Качанова), а вот в статье «Искусства кино» фильм обвиняли в непрофессионализме и кощунстве. «Даун Хаус» — действительно во многом радикальный ремикс на «Идиота» Достоевского, но таким и задумывался создателями.

«В этом фильме несколько смещён ритм, — говорил «Коммерсанту» режиссёр Роман Качанов. — Под музыку DJ Грува меняются объекты, люди. Поэтому жанр: фильм в стиле хаус». Это красивое утверждение, однако с хаусовым ритмом фильм часто не соотносится — более того, стоит наконец отметить, что хауса в фильме вообще-то нет. Написанные Грувом специально для картины композиции «Идиот» и «Красота спасёт мир» — это брейкбит и драм-н-бейс соответственно, куда менее расслабленные электронные стили. И куда более модные: Грув, которому долгое время было интересно пробовать себя в самых разных жанрах, уже вполне мог устать от хауса, это и было заметно на его сольном альбоме «Шесть», где большая часть треков совсем не напоминала о его хитах девяностых вроде «Счастье есть». Впрочем, в гитарах «Идиота» нет ничего удивительного.

Конец девяностых — начало нулевых в русскоязычной музыке — время постоянного заигрывания электроники и рок-музыки. На передовой эксперимента оказались братья Самойловы, в альбомах «Агаты Кристи» чувствовалось влияние модной электроники, что придавало композициям уникальное звучание, но не менее примечательными были и сборники ремиксов: первый, «Heroin0», вышел ещё в 1996 году. Участники рок-группы «Странные игры» Виктор Сологуб и Алексей Рахов в составе дуэта Deadушки выпустили два успешных совместных альбома с Борисом Гребенщиковым и Вячеславом Бутусовым: если в первом музыканты лишь переосмысляли своё старое творчество, то во втором решились записать совершенно новый материал. Белорусы «Ляпис Трубецкой» выпускают целых два сборника ремиксов «ЛяписДэнс», а «Дискотека Авария» делает ремиксы на «Девочку» и «Дельфинов» «Мумий Тролля» — для которых чуть позже сделает френч-хаус-ремикс всё тот же Грув.

Вполне в соответствии с этим контекстом музыка Грува была дополнена подборкой композиций с лейбла «Снегири», у руля которого стоял фронтмен группы «Мегаполис» Олег Нестеров. В то время как Качанов с Грувом выступали за более современное видение того, каким должен быть саундтрек, Нестеров, как утверждается, на пару с оператором фильма Михаилом Мукасеем настаивали на консервативной позиции. Подход первой коалиции можно увидеть, например, в том, как работает в фильме «Ссора» Найка Борзова: местами довольно топорно, но при этом остроумно лишённая половины текста композиция будто не желает раньше времени раскрывать свой сюжет. Второй подход — в том, как незаметно и вкрадчиво работает большинство композиций, лёгких, незатейливых и не мешающих фильму. Одна из таких, якобы записанных коллективом «Советское Порно», была сделана самим Нестеровым в соавторстве с исполнителем одной из ролей в «Даун Хаусе» Артемием Троицким — вместе им удалось объединить сёрф-рок с панком.

Панк — это в некотором смысле стиль творческого тандема Качанов — Охлобыстин, помимо «Даун Хауса» ответственного ещё и за комедию об армейских буднях «ДМБ». Охлобыстин, к слову, вскоре после выхода «Даун Хауса» принял сан. Вышедшие с разницей в год картины были схожи желанием авторов наполнить их как можно большим количеством афоризмов, однако саундтреки различаются кардинально. На саундтреке к «ДМБ» — сплошь ироничный рок «Тайм-аута», «Манго-манго» и «Тупых» с небольшим исключением в лице фолк-электроники «Иван Купала». Здесь же подобным отступлением кажутся именно композиции Найка Борзова и «Ундервуда» — и если первый предельно важен для сюжета фильма, то музыка вторых в ленту ничего толком не добавляет: их присутствие можно списать скорее на желание Нестерова поскорее показать новую группу со своего лейбла.

Впрочем, для Грува опыт был совершенно иным, лишённым хитростей: на недавнем праздновании двадцатилетия фильма он заявил: «Когда мы делали картину, никто из нас не думал, что она станет культовым фильмом для целого поколения. Мы просто получали кайф от работы, от процесса, от общения друг с другом». Это, скорее всего, отличалось от восприятия Качанова, чей «ДМБ» за год до этого уже пошёл в народ, — однако интересно посмотреть на то, как «Даун Хаус» наладил диалог между совершенно разными культурами. Грув, в чьей дискографии можно было найти официальные ремиксы на Олега Газманова и Владимира Кузьмина, всю свою творческую деятельность свёл в то время к попытке предоставить разным поколениям возможность услышать друг друга — и ту же попытку мы фиксируем как в саундтреке, так и в фильме.

В саундтреке это проявляется вышеупомянутым сочетанием напряжённых и динамичных мелодий Грува с музыкой «Снегирей» — хотя «Нож для Frau Müller» представлен в саундтреке не менее энергичным и лютым ремиксом на «Кошмары» Дины Верни.


Несмотря на модный хаус в названии и отвечающую времени музыку, «Даун Хаус» принадлежал скорее уходящей эпохе — и в номере «Сеанса» о российском кино в новом веке Андрей Карташов назовёт его последним, возможно, фильмом девяностых; в первую очередь по духу. Его корни произрастают примерно оттуда же, откуда вылезли «Голубое сало» и «Достоевский-trip» Сорокина, обходившиеся с классическими текстами без пиетета, откуда появился «Generation “П”». Хотя в «Даун Хаусе» нет и намёка на продакт-плейсмент, картинкой фильм напоминает скорее российскую рекламу рубежа веков, в первую очередь снятую Юрием Грымовым. Яркие цвета, чёткое ощущение абсурда — эти вещи роднят «Даун Хаус» скорее с малой формой тех лет, чем с коллегами по кино.

Удивительным образом «Даун Хаус» ругали за поверхностное отношение к реальности и нежелание её препарировать, хотя сейчас кажется, что именно препарированием фильм и занимается, — в первую очередь, конечно же, через юмор. Нельзя не заметить сатиру в этом фильме, но физиологичность его героев стали сравнивать с героями Рабле только постфактум. «Даун Хаус» — это, в сущности, кино о том, что жизнь — весёлый карнавал, и саундтрек это ощущение более чем поддерживает. Даже песня «Соловьи на кипарисах», в которой есть строчка о могилах друзей, — это просто стихи Гумилёва, ещё один постмодернистский выверт. Ну и потом — каким ещё может быть саундтрек фильма, на обложке которого Фёдор Бондарчук ковыряется в носу?