6 июля

(Кино)расписание: 7 (не самых очевидных) польских комедий на каждый день

Артём Макарский
автор
Артём Макарский

В разговоре о польском кино комедию часто принято сбрасывать со счетов — и если же её и вспоминают, то в первую очередь обсуждают фильмы Юлиуша Махульского («Ва-банк», «Секс-миссия», «Кингсайз», «Киллер»), снятые уже в восьмидесятых. Тем временем, пока мастера драмы оттачивали социальный комментарий в рамках кино морального беспокойства (хотя иногда и они заходили на территорию смешного), в Польше были люди, которые справлялись с проблемами при помощи смеха. Артём Макарский составил для вас (кино)расписание, собрав в одном списке не самые очевидные, но точно заслуживающие вашего внимания польские комедии 70-х.

Целых три фильма из подборки сняты в 1971 году — это скорее результат короткого «золотого века» социалистической Польши, нежели упущение: под конец десятилетия на первый план всё-таки выйдет драма, которая сохранит намёки трагикомедии, как в «Распорядителе бала» Феликса Фалька. Хотя обычно жанр считается отражением настоящих переживаний страны, киноведы отмечают: польская комедия тех лет скорее пыталась показать идеальное государство, а не критиковать происходящее. И всё же не надо спешить оценивать эти эскапистские ленты только через призму побега от реальности, даже в таких не особо радикальных картинах чувствуются свобода и смелость авторов, которые не боятся вольно обращаться с формой и остроумно подмигивать зрителям с экранов (иногда прямо в кадре, в качестве легкомысленной концовки).

Понедельник: «Не люблю понедельник» («Nie lubię poniedziałku» / «I Hate Mondays»), реж. Тадеуш Хмелевский, 1971

С какого же ещё фильма начать это расписание? Конечно же, с рассказа о том, что понедельник — ужасный день, но так или иначе всё в итоге будет хорошо. Машину угонят, но она вернётся к владельцу, снабженец найдёт нужную деталь и станет современным художником, а дети переведут всех через дорогу.

В «Не люблю понедельник» почти ни у кого из героев нет имён, а сюжет можно объяснить в нескольких словах: жители Варшавы в злополучный день попадают впросак — и кто-то из них появляется на экране чуть больше остальных. У Хмелевского критики любили его дебют 1957 года, «Ева хочет спать», а зрители — «Как я развязал Вторую мировую войну», вышедшую за год до «Понедельника». Но именно здесь режиссёру удалось не запутаться и не запутать зрителя во многих сюжетных линиях, а также показать, что каждое действие порождает цепочку дальнейших событий, — и именно выстраивание этих «связок» Хмелевскому удалось в фильме лучше всего. Однако стоит признать, что фильм и правда рисовал ту прекрасную Польшу, в которой если и угонят машину, то это вовсе не по злому умыслу, а просто чтобы довезти деда до нужной встречи.

Вторник: «Кудесник за рулём» («Motodrama»), реж. Анджей Кониц, 1971

Застенчивый Яцек, продающий на почте марки и принимающий телеграммы, во время обеденного перерыва решает всё-таки открыть шторку, в которую стучит девушка по имени Крыся в мотоциклетном шлеме, — и сразу влюбляется. Случайным образом Яцек, увидев её ещё раз, принимает участие в гонках — и побеждает.

Легкомысленная история о нечаянной славе, которая оборачивается чуть ли не притчей о том, как важно помнить, с чего ты начинал, всё равно выруливает куда-то в сторону простой романтической комедии. Яцек Федорович, сыгравший своего тёзку (что в польских комедиях тех лет обычное дело), манерой поведения чем-то напоминает гайдаевского Шурика, но в какой-то момент становится совсем другим героем: самоуверенным, властным, жёстким. В таком простом и развлекательном фильме пусть и нет социальной критики, но есть место и лёгкой постмодернистской игре (среди гостей на приёме по случаю победы Яцека диктор упоминает и сценариста фильма), и неожиданной отсылке к шпионским фильмам — без погони на мотоциклах здесь, конечно, не обойтись.

Среда: «Извините, здесь бьют?» («Przepraszam, czy tu bija?» / «Foul Play»), реж. Марек Пивовский, 1976

Ежи, обладатель клички Белусь, следит за инкассаторами, которые каждый день забирают деньги из универмага с говорящим названием «Сезам», — во время подготовки к ограблению он нападёт на милиционера, после сам себя сдаст властям и совершит ещё несколько мелких преступлений, попутно скрываясь от слежки.

Строго говоря, «Извините, здесь бьют?» — это не совсем комедия. Пивовский, всю свою карьеру занимавшийся либо документальным кино, либо комедией, попытался в этом фильме объединить свои навыки — и при этом снять кино морального беспокойства. Герои здесь действительно не вызывают сопереживания, но главное, что удаётся режиссёру, — не только точно передать работу милиции со всей её бумажной волокитой, вербовкой преступников и пустыми разговорами, но и показать весь её скрытый абсурд. Именно он и привносит в происходящее элемент шутки, сводит на нет всю серьёзность дела: под конец это выльется в то, что милиционеры, пытаясь хоть как-то себя развеселить, дерутся друг с другом в боксёрских перчатках. Пивовскому нравится играть с формой — он делает отсылки к «Фотоувеличению» и лишает диалоги звука, обнажая их неважность, — однако содержание у него нисколько не уступает всем новаторским приёмам.

Четверг: «Гидрозагадка» («Hydrozagadka» / «Hydro-Riddle»), реж. Анджей Кондратюк, 1971

Тихий Ян Вальчак работает в конструкторском бюро, но его коллеги не подозревают, что на самом деле он Ас, польский Супермен, противник алкоголя и плохих людей, единственный, кто сможет помочь вернуть воду в Варшаву, которую пытается украсть и отдать некому махарадже из Кабура злодей доктор Плама.

«Гидрозагадка» интригует уже на уровне титров, которые довольно долго зачитывает актриса Ига Чембржынска — она же и напевает главную тему фильма. Поляки иногда сравнивают юмор «Гидрозагадки» с «Монти Пайтоном» — но Кондратюку, в отличие от британцев, не совсем удалось сделать захватывающий и цельный фильм. Тем не менее запоминающихся и смешных сцен здесь полно — хоть проверку временем проходят не все из них. Присущий многим комедиям тех лет спасительный абсурд кажется лучшей частью этой пародии на фильмы про супергероев — когда тут не к месту цитируют Шекспира или дают крокодилу команды по-немецки, нельзя не восхититься выдумке сценаристов (кроме самого Кондратюка, это другой Анджей, Бонарски).

Пятница: «Нет розы без огня» («Nie ma róży bez ognia» / «A Jungle Book of Regulations»), реж. Станислав Барея, 1974

Янек и Ванда живут в маленькой комнатке небольшого дома — однажды к ним заявляется неизвестный и сообщает, что это его родной дом и он хотел бы поменяться с ними на совершенно новую квартиру. Переезд окажется для них не из лёгких: помимо трудностей с ремонтом, выяснится, что с супругами вполне легально может проживать бывший муж Ванды.

Барея из польских комедиографов лучше всех высмеивал бюрократию и другие государственные недостатки — для подготовки к «Нет розы» он даже советовался с юристом по поводу тех испытаний, что могли встретить Янек и Ванда на своём пути к счастливой жизни. Пусть и не в масштабах, представленных в фильме, но такая история действительно могла произойти — и её абсолютная правдивость, скорее всего, и кажется здесь самым смешным. В какие бы ситуации ни попадал Янек, пытаясь выдворить претендента на комнату в квартире, — всё это перебивает вполне реальный государственный бардак, с которым мог столкнуться любой поляк. По всем правилам жанра, всё закончится хорошо — но перед этим дойдёт до точки кипения: Барея идеально передал беспомощность человека, перед которым встаёт лишённый смысла закон его страны.

Суббота: «Тут крутых нет» («Nie ma mocnych» / «Take It Easy»), реж. Сильвестр Хенциньский, 1974

На самом деле «Тут крутых нет» — это вторая часть трилогии о двух соседях, Павляке и Каргуле, и её стоит рекомендовать к просмотру полностью (однако вторая и правда лучшая). Первая, «Все свои», была переведена в цвет в 2001 году — из-за чего послевоенная жизнь простых людей обретает практически «прокудин-горские» краски. Именно этими цветами и кадрами польской деревни, будто бы документальными, и ценна первая часть, без того кажущаяся простоватой и, надо сказать, не особо смешной.

В «Тут крутых нет» появляется конфликт старого деревенского поколения, их детей и внуков — как живущих рядом, так и городских. На этом непонимании и неприятии новых порядков и строится большая часть шуток, а временами появляется и необходимая доля абсурда. Следующая часть, «Люби или бросай», должна была быть ещё более странной, ведь Павляк и Каргуль в ней едут в Америку, но в ней скорее показывался Чикаго поляков, нежели повышался градус нелепости. Именно сконцентрировавшись на конфликте поколений, Хенциньский смог добиться нужного баланса между трогательностью и юмором — даже спустя годы его героев можно с лёгкостью полюбить, как родных.

Воскресенье: «Халло, Шпицбрудка» («Hallo Szpicbródka» / «Hello Fred the Beard»), реж. Мечислав Яхода и Януш Жешевский, 1978

Заканчивать неделю стоит с музыкой. Двадцатые годы, музыкальный театр (конечно же, под названием «Красная мельница») не привлекает зрителей и еле держится, попутно отбиваясь от судебных приставов. На помощь неожиданно приходит новый инвестор — инженер Фред Кампинос. Помимо прочего, в театре ходят слухи о взломщике Шпицбрудке, известном своей бородой-эспаньолкой, усач Кампинос вместо того, чтобы обратить внимание на эти разговоры, что-то делает со своими рабочими в подвале, а также время от времени подозрительно смотрит на здание банка через дорогу.

Музыкальные номера «Шпицбрудки» поначалу не вызывают энтузиазма — но это лишь потому, что у театра нет денег: как только появится финансирование, все эти люди запоют по-другому. Лучшее, впрочем, всё равно исполнят не на сцене, а в буфете, на репетиции и по пути домой — однако и музыка в финальной постановке явно привлечёт любителей зародившегося в странах Варшавского договора фанка. Пусть «Шпицбрудке» и чуть-чуть не хватает лихости — тут нет ни переодеваний, ни «социальщины», только простая история никому не нужного театра — но режиссёрам отлично удалось показать этот театр как живой, постоянно работающий организм, даже когда спектакли никто не смотрит.