14 August

Композитор Рюити Сакамото: как звучат «Гнев», «Токийский декаданс», «Безумие»

Ярославна Фролова
автор
Ярославна Фролова

14 августа компания CoolConnections выпустила в прокат два фильма про японского композитора Рюити Сакамото. Автору обеих картин — режиссёру Стивену Номуре Шибле — удалось создать абсолютно разные произведения, которые ни в коем случае не дублируют, не повторяют друг друга, но умело перекликаются, как и музыкальные темы Сакамото. «Async at the Park Avenue Armory» — демонстрация на экране публичного исполнения альбома «async» в Ветеранской комнате нью-йоркской Оружейной палаты. А «Рюити Сакамото: Кода» — это завораживающий кинопортрет Сакамото не от первого лица, а в виде своеобразного диалога с гениальным композитором. Ярославна Фролова рассказывает, с какими фильмами, в которых звучит музыка Сакамото, можно познакомиться перед просмотром работ Номуры Шибле.

Энтузиасты от мира музыки хорошо знают группу Рюити Сакамото Yellow Magic Orchestra, чьё творчество оказало огромное влияние на всю современную электронику, да и не только. А зрители могли услышать композиции Сакамото более чем в 70 фильмах. Среди них картины, которые без зазрения совести можно назвать великими или хотя бы значимыми: «Под покровом небес», «Последний император» и «Маленький Будда» Бернардо Бертолуччи, «Высокие каблуки» Педро Альмодовара; музыка Рюити звучит и в сериале «Чёрное зеркало», и в фильме «Выживший» в придачу. В общем, творчество композитора (в кино и вне его), если можно так выразиться, на слуху. Однако кроме признанных кинематографических «хитов» (и музыкальных сборников) в карьере Рюити случались фильмы, которые, может, не столь заметны (читай известны), но точно заслуживают внимания (прослушивания).

«Гнев» («Ikari»), реж. Ли Сан-иль, Япония, 2016

В этом фильме тяжело выделить что-то одно: сценарий, изображение и звук единым фронтом ошарашивают зрителя, не оставляя ему возможности укрыться от этой эмоциональной волны. Премьера картины состоялась в Канаде, но до российского широкого проката она так и не добралась (на большом экране ленту нашему зрителю показали лишь в рамках фестиваля японского кино, организатором которого была компания CoolConnections).

В одном из домов пригородного района полиция находит трупы семейной пары. Всё указывает на то, что убийца не только жестоко расправился с женщиной и мужчиной, но и находился после содеянного рядом со своими жертвами ещё некоторое время, успев при этом съесть почти всю еду в доме, оставить множество кровавых отпечатков и написать на стене иероглиф «Гнев». Служители закона подозревают, что после расправы над парой парень изменил внешность, сделав ряд пластических операций. Теперь телевидение каждый день транслирует фотографии, как может выглядеть убийца. И в это время основные герои начинают сомневаться в своих новых знакомых, к которым по воле случая сильно привязались. С каждым взглядом в их лицах они угадывают черты опасного преступника.

Повествование в фильме опирается на несколько вопросов: можем ли мы довериться абсолютно незнакомому человеку? Стоит ли самозабвенно открываться перед другими, забывая про «пуленепробиваемые жилеты»? Или зачем выстраивать отношения без того самого доверия на фундаменте, состоящем из бесконечных сомнений и подозрений? Линию каждого героя сопровождает определённое музыкальное звучание. Нужно отметить, что именно саундтрек к фильму «Гнев» более всего похож на тот самый альбом Сакамото «Аsync»: тягучие и напряжённые композиции будто рукава одной реки – расходятся на отдельные по настроению, плотности, темпу потоки, но в конце возвращаются к единому музыкальному рисунку. Давящие аккорды, пугающе спокойные электронные вкрапления, замирание мелодии на одной ноте, сменяющееся молниеносными перебежками из тональности в тональность, — Сакамото удалось в звуках выразить то, что персонажи не могут проговорить голосом.

«Токийский декаданс», реж. Рю Мураками, Япония, 1991

«Токийский декаданс» — фильм, который был воспринят, мягко говоря, неоднозначно. Зрительскую версию кроили и перекраивали, стараясь вырезать как можно больше откровенных сцен, но так, чтобы повествование не пострадало. Что само по себе сизифов труд, ведь львиную долю сюжетных кульбитов герои совершают именно в эпизодах, связанных с насилием и сексом. Кому советовать картину с беспроигрышным названием — непонятно. На просторах отечественного интернета нетрудно найти исчерпывающий комментарий: «Фильм на любителя, слишком много наркотиков и извращённого секса». Решайте(сь) сами.

Зритель застаёт молодую проститутку Ай, как говорится, за исполнением должностных обязанностей. Девушка исполняет самые одиозные, откровенные, безумные и жестокие желания клиентов. В её походной сумке — плети, наручники, кляпы, верёвки. Каждую ночь Ай становится свидетельницей и соучастницей порочной «игры»: унижать или подчиняться, выбор за клиентом. Постепенно мы узнаём, как эта милая, скромная и романтичная девушка, которая верит предсказаниям гадалок, оказалась героиней откровенной (до тошноты, до омерзения откровенной) истории. Во всём, как водится, виновата любовь: много лет назад Ай угораздило влюбиться в молодого музыканта. Парень стал для неё учителем и проводником в мир садомазохизма. Пути их разошлись, а навыки остались.

Если говорить про саундтрек картины — на него практически не обращаешь внимания. И не потому, что музыка поверхностная или же блёклая. Наоборот — звуковое сопровождение синхронизируется с изображением, словно срастаясь с ним. Музыка становится попутчицей героини, следует за ней по городу, в отелях, застаёт дома, но после предательски затихает в минуты наибольшего напряжения и откровения, отступает и оставляет зрителя наедине с этим экзистенциальным высказыванием Рю Мураками.

«Любовь — это дьявол», реж. Джон Мейбери, 1998, и «Безумие», реж. Дональд Каммелл, 1995

Эти две картины числятся в одной «главе» не просто так. Их объединяет довольно простой факт: фильмы решительно дурацкие, музыка Сакамото в них, если сравнивать эти саундтреки с тем, что он написал до и после, звучит пошло. Но происходит нечто удивительное, вырисовывается старая добрая формула: сюжет + дёрганая манера съёмки с бесконечными наездами камеры + звучание 90-х = «так плохо, что хорошо».

«Любовь — это дьявол» — картина, рассказывающая о любовных отношениях художника Фрэнсиса Бэкона и вора. Бэкон «ловит за руку» Дэниела Крэйга, когда тот пробрался в богемную квартиру, чтобы вынести из неё всё, что может быть продано. К удивлению вора, художник не вызывает полицию, не угрожает незваному гостю, а предлагает ему разделить ложе и в дальнейшем досуг: вечеринки, заумные разговоры, выставки, бокс, сумасбродство богемы…

«Безумие» — фильм, в котором Кристофер Уокен начинает подозревать, что проститутка, с которой он провёл ночь, работает на ФБР. Поэтому он посылает проследить за ней своего охранника, а тот, недолго думая, ставит вопрос ребром: либо ты сейчас спишь со мной добровольно, либо своё возьму силой, выбирай. Впоследствии мы узнаём, что эта ночная бабочка днём работает в банке, нуждается в деньгах, да и вообще не слишком довольна своей жизнью.

Сакамото создал музыку под стать картинке. Изображение и мелодии синхронизируются великолепно. Кажется, будто саундтреки сериалов «Санта-Барбара» и «Гром в раю» объединились в какую-то метамузыку: этот уровень абсурда лучше поскорее пройти, иначе затянет с головой, и уже не получится выкинуть из головы это варварское аллегро 90-х.