11 August

Мафия засыпает: Зинаида Пронченко рассказывает о документальном сериале «Fear City»

Зинаида Пронченко
автор
Зинаида Пронченко

В 1970 году агенты ФБР задумали немыслимую «дерзость»: скинуть с пьедестала пять мафиозных семей, главы которых крепко держали в руках бразды правления в славном городе Нью-Йорке. Зинаида Пронченко рассказывает о документальном сериале «Fear City», трёхсерийной «реконструкции событий старины глубокой».

Двери суда открылись, и публика повалила наружу. Босс всех боссов Пол Кастеллано, когда к нему подбежал журналист с NBC, ответил на просьбу о комментарии с достоинством: вот вам визитка, свяжитесь с моим адвокатом. Не зря Большого Полли прозвали white collar boss. Толстый Тони Салерно из семьи Дженовезе с прессой был не так обходителен. Он сразу зажёг сигару и сквозь зубы прошипел: я не разговариваю с репортёрами, go f*** yourself. На свой счёт Толстый Тони не питал никаких иллюзий. Он был гангстером, хорошие манеры его не заботили.

Тони и Полли вышли под залог, крёстным отцам из семей Бонанно, Лукезе и Коломбо повезло меньше, они остались за решёткой. Впрочем, всех пятерых ожидал процесс века. The Commission Trial, организованный молодым и амбициозным прокурором Нью-Йорка — Руди Джулиани.

На титрах нового трёхсерийного документального проекта «Город страха» звучит «Hard Times» Малыша Хьюи, трек 1971 года, хотя на дворе 1984-й, цифра для мировой культуры знаковая. Предсказания не сбылись, но всё стало ещё хуже. Кровь лилась рекой, бизнес бился в истерике, но отгружал рэкетирам деньги вагонами. Кто сопротивлялся, исчезал бесследно. Больницы, стройки, склады, рестораны, мясные лавки и парикмахерские, парковки и мусорные свалки — всё находилось под контролем у Cosa Nostra. Низы молчали, верхи богатели. Носили костюмы за две штуки, обувь на заказ, пили «Кристалл» и чувствовали себя полноправными хозяевами жизни и королями ночи.

В Готэме заправляло не Министерство правды, а могущественная Комиссия, собиравшаяся в стенах того или иного бруклинского «social club», — боссы пяти семей обсуждали текущую повестку, решали, кого порешить, а кого повысить до капитана. Филипп «Расти» Растелли из семьи Бонанно больше помалкивал. После операции Донни Браско его клан практически утратил влияние. Но зря Тони «Утка» Коралло, вдохновивший своей скользкой персоной Дэвида Чейза на махину «Клан Сопрано», или Кармайн «Джуниор» Персико из семейства Коломбо снобировали коллегу, «нашего друга» и отца солдатам. ФБР пришло за всеми. Каждому своё время и своя прослушка.

Реконструкция событий старины глубокой разбита авторами на три части. Депрессия, гнев, принятие — давних врагов под белы руки. От полной растерянности и неумения воспользоваться законом RICO, через ажитацию по всем фронтам до блестяще собранных улик и полной победы правоохранительных органов. Мафия не успела сориентироваться и оказалась обезглавленной.

У Кастеллано жучок установили на кухне. Там он отдавал приказы и там же в углу зажимал молоденькую горничную. Некоторые агенты на свой страх и риск отправляли Большому Полли открытки — «Не болей» или «С днём святого Валентина». Он стал им как родной. А о родных беспокоишься, мечтаешь заключить однажды в свои объятья, крепко и нежно, чтобы наручники не натёрли. Полли нервничал, но на сигналы не реагировал. А ведь мог уцелеть и дожить до суда. Вместо Фемиды его забрала Персефона. Кастеллано погиб от пули-дуры на Манхэттене всего лишь через неделю после того, как офис окружного прокурора наконец-то выдвинул против него обвинения.

У Толстого Тони жучок установили в автомобиле. Он, конечно, был страшно возмущён. Что не помешало ему, однако, вести себя на суде достойно, а с адвокатом разговаривать по-отечески. Дочь Джона Джейкобса до сих пор хранит куклу, подаренную крёстным отцом.

А вот Тони Инделикато, молодой и отмороженный капо, приложивший руку к убийству Кармайна Галанте, тот на заседаниях, наоборот, кричал и только усугублял ситуацию, безнадёжнее некуда. Неудивительно. Нервишки у Тони шалили с того самого момента, как части тела его папаши Сонни Красного обнаружили в мусорных баках Южного Бронкса. Как мы знаем по фильму Майкла Ньюэлла, разделывать труп поручили Аль Пачино и Джонни Деппу.

Почти все обвиняемые уже не с нами. От лица мафии в «Городе страха» выступают лишь двое. Джонни Элайт, давно переквалифицировавшийся в коучи и разъезжающий теперь по стране с мотивационными спичами. Сексапильный мужчина, конечно же, актёр по призванию. Начинал с рэкета парковщиков в Тампе. Затем продвинулся по карьерной лестнице и даже участвовал в организации неудачного покушения на самого Джона Готти. Отсидев десятку, после экстрадиции из Бразилии он пошёл по тому же пути, что и Томмазо Бушетта из «Предателя» Белоккио. Америка у него в долгу.

И Майкл Франчезе из группировки Коломбо. Пижон в «Бриони» с иголочки. На момент ареста в 1986 году Франчезе зарабатывал восемь миллионов в неделю, о нём мечтали написать «Форбс» и «Уолл Стрит Джорнал». Увы, отчёты о его махинациях попали в совершенно другие журналы, те, что зачитывают присяжным. Сегодня он уверенным брассом плывёт по волнам памяти, но кажется, дай ему шанс, и он тут же возьмётся за старое — грабить и вымогать, не брезгуя мокрухой.

Сильнее всех, однако, ностальгируют именно законники. Джулиани и его команда крючкотворов или многочисленные агенты спецподразделений. Бандитами рождаются. Охранителями становятся. Городские легенды слагают об убийцах. Полиции достаётся всего лишь 15 минут славы. Сотрудники ФБР дышат прошлым, смысл пропал из их жизни с вынесением обвинительного приговора. ФБР — не «семья», а работа. Каждый вернулся к рутине. А мафия — к стволу. Искусство убивать является важнейшим для кинематографа. Мафия вечна, и поэтому её не прекратят увековечивать на экране.