10 January

Обзор (к)инопрессы #20: «Золотой глобус», «Оскар», Netflix

Виктор Непша
автор
Виктор Непша


Виктор Непша проснулся после праздников и начал это непростое утро с чтения. Ниже — самое интересное из англоязычной прессы первой трети января.

«Золотой глобус»: постскриптум

Первое больше кинособытие 2020-го — «Золотой глобус». Пока я радуюсь за Брэда Питта и Лору Дерн и печалюсь за «Брачную историю» и «Долемайта», зарубежная пресса фиксирует итоги:

— Vogue подготовили небольшой пересказ церемонии с фотоотчётом;
Fox News сосредоточились на отдельных персоналиях: весёлые Аквафина и Хоакин Феникс, взволнованная Рене Зеллвегер, величественная Оливия Коулман;
— В том же духе, но более подробно выступили Harper’s Bazaar. Издание радуется возвращению Рики Джервейса, недоумевает от Бейонсе и отмечает стиль Джейсона Момоа;
— BBC обратили внимание на речь Мишель Уильямс в защиту прав женщин и реакцию на неё в интернете;
— Оуэн Глейберман на Variety делится своим мнением по итогам главных номинаций;
— Ещё одно ревью церемонии — от Джей Чейни на Vulture. Колумнистка в целом приятно удивлена, но устала от Рики Джервейса.

«Оскар»: эпиграф

Indiewire продолжают рассуждать о фаворитах наградного сезона. О мастерстве Роджера Дикинса по-прежнему сказано слишком мало, считают авторы материала (согласны) — и потому напоминают, почему оператор достоин «Оскара» за «1917». Стоит на всякий случай напомнить, что до получения заветной статуэтки за нового «Бегущего по лезвию» Дикинс прошёл путь в 14 номинаций — где-то на фоне все сочувствовали ДиКаприо.

Текст сосредоточился на производственных моментах: каким кредо руководствовались Дикинс и Мендес, когда брались за съёмки фильма «одним планом», как выстраивалось взаимодействие солдат и ландшафта и что общего у манеры съёмки «1917» с военными документалками.

Новая работа английского оператора интересна ещё и тем, что сейчас он, похоже, зашёл на территорию более популярного конкурента — Эммануэля Любецки. Универсальность — ценное качество, но хочется надеяться, что академики увидят у Дикинса не только известные любецкие карусели, окончательно надоевшие за десятые.

«[Мы пытались понять], как нам добиться того, чтобы камера снимала крупным планом мух над лошадью, и в то же время позволить [главным героям] вернуться в кадр? Как элегантно переключаться с одного персонажа на другого, не привлекая внимания к себе? Мы сделали много раскадровок и тренировались с актёрами месяцами, прежде чем приступить к съёмкам <…> Нужно было выяснить длину траншей… и линии фронта. Всё должно было работать ещё до того, как первая лопата воткнётся в землю».

Netflix: продолжение

Netflix в Твиттере официально озвучил лучшее из грядущих релизов на 2020-й. Предварительно программа выглядит как минимум не слабее прошлогодней. Среди прочего:

— Новая картина неутомимого Райана Мёрфи о школьнице, которой запретили пойти на выпускной со своей девушкой — и что из этого вышло. В ролях — Мерил Стрип, Николь Кидман и Джеймс Корден.
— Долгожданный полнометражный Финчер — «Манк» с Гэри Олдманом, о Германе Манкевиче, одном из самых талантливых сценаристов своего поколения. Манкевич наиболее известен по совместной с Орсоном Уэллсом работе над «Гражданином Кейном». Степень влияния Манка на итоговую версию фильма до сих пор остаётся предметом для дискуссий.
— Новая экранизация «Ребекки» Дафны Дю Морье, той самой, за которую когда-то брался Хичкок. В главных ролях постараются Лили Джеймс и Арми Хаммер.
— Новый Спайк Ли — тот случай, когда одного имени должно быть достаточно. Но если всё же нужен сюжет — о четырёх афроамериканцах, ветеранах Вьетнама, разыскивающих павшего командира и заодно сокровища.
— Фильм про «Евровидение» с одноимённым названием. Музыкантов-счастливцев, которым выпала честь представлять свою страну, сыграют Уилл Феррелл и Рэйчел Макадамс. Должно быть поинтереснее настоящего.
— Ещё один случай, где имя говорит за проект, — режиссёрская работа Чарли Кауфмана. По той же причине сюжет нормально не анонсировать — да и незачем. Режиссёру под стать мощный состав — Тони Коллетт, Джесси Племонс, Дэвид Тьюлис.

«Мандалорец»: спин-офф

Культ Бэйби Йоды зашёл достаточно далеко, чтобы Vulture по окончании «Мандалорца» рассуждали о теме воспитания в сериале. Автор справедливо замечает, что воспитание-наставничество всегда имело большое значение для мира «Звёздных войн». Но если в фильмах франшизы жизни учили более взрослых персонажей — Оби-Вана, Энакина (даже в 1-м эпизоде), Люка, Кайло Рена, то в новом сериале речь идёт о ребёнке младшего возраста (с поправкой на особенности его расы).

Естественный вопрос — получилось ли у шоураннеров на новой территории? Автор текста выражает сомнения: при множестве милых сцен «Мандалорцу» недостаёт условных «подгузников» — перевеса всей пресловутой милоте, немного ежедневного бытового ада, сопровождающего процесс воспитания маленького ребёнка. В сериале перед зрителем предстаёт потенциальный отец, всячески старающийся перепоручить непростое дитя куда-нибудь, где ему будет «лучше». После ряда безуспешных попыток можно начать склоняться к предсказуемому утверждению об особенной связи между Мэндо и Бейби Йодой. Но отношения между ними как между родителем и ребёнком по-прежнему не выходят на новый, более реалистичный с точки зрения воспитания уровень. Шоу будто затормозило где-то на промежуточной стадии.

При всей резонности вопросов в рамках избранной темы текст оставляет определённое недоумение. Не совсем понятно, зачем «Мандалорцу» обязательно двигаться именно в сторону сериала о воспитании, с подгузниками и прочими околобытовыми проблемами — с таким же успехом можно взять любую пунктирно обозначенную проблему («дружба/отношения/нюансы управления гневом во вселенной «Звёздных войн») и потребовать её основательного раскрытия, неизбежно в ущерб остальному. Другое дело, что поданная традиционным образом (одиночка и безнадзорный ребёнок сближаются) тема не только ничего не добавляет, но и даёт возможность обвинить создателей сериала в злоупотреблении образом Бейби Йоды. Правда, есть подозрение, что «Диснею», как и зрителям, от этого обвинения ни горячо, ни холодно.

 

«Новый папа»: пролог

К скорому выходу «Нового папы» Паоло Соррентино New York Times поговорили с Джоном Малковичем, исполнившим главную роль. Интервью получилось с ретроспективным оттенком: вспомнили «Быть Джоном Малковичем», фильм Роберта Родригеса, который выйдет в 2215 году, и странности, сопровождающие карьеру актёра. Но актуальная повестка тоже не прошла мимо: Малкович стеснительно объясняет, как оказался в главной роли, рассуждает о том, почему папская тема в кино внезапно стала популярной, и делится впечатлениями от съёмок с Мэрилином Мэнсоном.

Текст скомпилирован из нескольких сумбурных отрывков, но даже по ним можно себе представить очень вежливого, эмпатичного и самокритичного человека, после чего хочется только прочитать действительно основательное интервью с Малковичем или вообще побеседовать с ним о жизни за бутылкой вина. Кстати, новый папа — атеист.

«— Во время съёмок в Риме люди давали вам своих детей для благословления. Что вы об этом думаете?
— Я не знаю. Существует представление, что после благословления на нас может снизойти благодать. Возможно, кто-то способен на такое. Не я, конечно. То есть, если вы дадите мне ребёнка, я подержу его, если не попросите вернуть. Я люблю детей. Всегда удивлялся путанице между реальными людьми и их персонажами. И дистанцировался от неё».

Кеннет Лонерган о Уильяме Уайлере

Criterion в рамках замечательной негласной рубрики «режиссёры о режиссёрах» обсудили с Кеннетом Лонерганом («Манчестер у моря», «Маргарет») Уильяма Уайлера, одного из главных авторов классического Голливуда.
Текст выглядит как эссе, но на деле он составлен из ответов режиссёра, собранных вместе. Решение кажется удачным: можно погрузиться в качественный разбор стиля Уайлера, не отвлекаясь на вопросы и оговорки. С одной стороны, Лонерган отдаёт должное всем признанным приёмам и особенностям работ голливудского режиссёра: глубинная мизансцена, мастерские декорации, умение находить идеальную точку съёмки. С другой, собеседник Criterion не идеализирует Уайлера и взвешенно отмечает не самые удачные моменты: переигрывающего Лоуренса Оливье в «Грозовом перевале», неудачное начало короткометражки «Миссис Минивер», проблемы при съёмке более динамичного и сенсационного материала. Не менее важно то, что Лонерган не сводит размышления к абстракциям и иллюстрирует собственные тезисы подробным анализом ряда сцен.
Благодаря таким элементам напополам с эксцентричными портретными штрихами Уайлера (история про его одержимость лишними дублями) текст получается в достаточной мере сбалансированным. Вдобавок, как часто бывает на Criterion, слог материала даёт фору большинству кинокритиков.
«Если вспомнить лучшие работы Уайлера, в них не так много сенсационного, поражающего действа. Конечно, “Бен-Гур” — великое исключение. Но если отбросить погоню на колесницах — один из самых восхитительных когда-либо снятых экшн-эпизодов — в нём немного моментов, которые смотрелись бы лучше сцен из фильмов, упомянутых ранее. Для меня [в картинах Уайлера] уникально его понимание того, как люди эмоционально взаимодействуют с окружающей средой и внутри неё, а также его искусность в изображении этих взаимоотношений.
Был короткий период, когда Уайлера рассматривали в качестве режиссёра более низкого класса из-за [якобы] отсутствия личного стиля. Думаю, подобное можно ожидать, когда автор может сделать цветочное шоу [в “Миссис Миннивер”] столь же захватывающим, как погони на колесницах. Но со временем, на дистанции, несложно увидеть гения в режиссёре, способном одинаково вдохнуть жизнь в каждую из этих сцен».

Списки:

7 нетфликсовских шоу в январе и причины их смотреть
14 великих прорывов в истории комедии
50 шоу для просмотра зимой
10 фильмов, действие которых разворачивается в 2020-х
— Рейтинг вампирских ТВ-шоу