12 December

«Одной волшебной ночью»: чисто французское кокетство

Зинаида Пронченко
автор
Зинаида Пронченко

В прокат выходит премированный в Каннах новый фильм Кристофа Оноре («Все песни только о любви», «Прекрасная смоковница») с Кьярой Мастроянни в главной (и одной из лучших в карьере) роли. Зинаида Пронченко зовёт в кино.

Мало кто помнит, но Кристоф Оноре, которого в 2007-м, после «Все песни о любви», критики объявили наследником Жака Деми, постучался в историю кинематографа на 10 лет раньше, ещё в 1998-м. И совсем не с фильмами, а с программным текстом «Грустное морализаторство французского кинематографа», опубликованным на свой страх и риск тогдашним главредом Cahiers du Cinéma Сержем Тубиана. Та гневная статья наделала много шуму и начиналась с возмутительно аррогантной фразы: «От французского кино, что поживает сегодня хорошо, меня тошнило уже вчера». Речь шла, конечно же, о режиссёрах вроде Робера Гедигяна или Анн Фонтэйн, чьи демонстративно сердобольные картины «Мариус и Жанетт» и «Сухая чистка» о прекариате/пролетариате были объявлены событием года.

Для Оноре социализм никогда не равнялся гуманизму, особенно в кино. Нет никакой филантропии, есть лишь благие намерения. Поэтому в центре внимания, начиная с дебютного «Мужчины Сесиль Кассар», всегда родной и понятный ему класс — буржуазный. Никаких спекулятивных заигрываний с беспризорными детьми и обездоленными мигрантами. Только мужчины на грани нервного срыва, только женщины на пике эмансипации.

Вот и в новом фильме, призёре каннского «Особого взгляда» «Одной волшебной ночью», или «Комнате 212» в оригинале, названном в честь одноимённой статьи гражданского кодекса ещё времён Наполеона (о взаимном уважении супругов), главная героиня — порнофеминистка и интеллектуалка Мария, представитель привилегированного сословия жителей левого берега (многолетняя муза и альтер эго Оноре в юбке — Кьяра Мастроянни). Ей никакая мораль не указ, тем более новая. Она полна внутренней мизогинии, патриархат ей побоку. Так же, впрочем, как и муж Ришар (Бенжамен Бьолэ), унылый и обрюзгший подкаблучник, он не то что не может удовлетворить сексуальные аппетиты Марии, его и от себя тошнит.

Кадр из фильма «Одной волшебной ночью», реж. К. Оноре, 2019 г.

Однажды волшебной рождественской ночью Мария перейдёт улицу, снимет номер в отеле и долгие часы, между собакой и волком, между дижестивом и аперитивом, будет наблюдать в окно за мучающимся от ревности и собственной никчёмности супругом.

Классический мотив (не)предумышленного вуайеризма, от «Окна во двор» Хичкока до «Мы все окажемся в раю» Ива Робера, у Оноре обыгран через абсурдистскую традицию имени Бертрана Блие, которому даже объявлена специальная благодарность в титрах. Вселенная Оноре — театрально-музыкальная — здесь, помимо привычных уже реверансов старому Голливуду (это чуть ли не ремейк «Ужасной правды» Лео Маккэри), полна цитат из национальной культуры. Кокто, Жорж Фейдо и, конечно, Франсуа Трюффо. Собственно вся интрига «Комнаты 212» целиком и полностью позаимствована из знаменитой короткометражки «Антуан и Колетт» — истории скромного работника компании «Филипс» (Жан-Пьер Лео), безответно втрескавшегося в героиню Мари-Франс Пизье. Ему так же, как и Марии, придёт в голову снять комнату напротив и узнать всю правду о непреклонной возлюбленной.

Конечно же, в том окне — не её вторая половина, а она сама. Точнее, то, во что превратилась с годами. Любовь здесь больше не живёт, да и какие перспективы у страсти, заключённой в узы брака. В XXI веке концепт «другого» видоизменился, мы отчуждены, в первую очередь от себя. Даже не чередой предательств или сделок с совестью, а бесконечным компромиссом с чужой моралью. Развитый капитализм подарил нам много свободного времени и ещё больше фантомных неврозов. Пытаясь упрямо понять, кто виноват в наших бедах, мы всё больше стыдимся быть собой. Оглядываясь назад, мы удаляемся всё дальше и дальше от пункта отправления, не приближаясь ни на йоту к намеченной цели. Счастья нет, разве что быть собой. Внутри комнаты 212 мы часто об этом забываем. Значит, нужно выйти и совершить искомую ошибку.