26 February

Весь мир в кармане: портрет Манмохана Десаи

Анастасия Белокурова
автор
Анастасия Белокурова

26 февраля 1937 года родился один из самых удивительных режиссёров мирового кинематографа. Мастер, владевший секретом великого рассказчика. Манмохан Десаи – один из крупнейших авторов золотой эры Болливуда, продавец самых затейливых на свете мечтаний – покончил с собой в 1994 году, так и не смирившись с наступлением нового времени. Анастасия Белокурова вспоминает создателя волшебной вселенной, режиссёра, отринувшего реальность и выбравшего себе идеальный мир, который существует лишь в целлулоиде.

С именем Манмохана Десаи связан первый детский, но от этого не менее серьёзный  кинематографический опыт автора этой статьи. 1979 год. В далёком от столиц «кинотеатре для бедных» — маленьком клубе, построенном для удовлетворения духовных нужд рабочего класса и обитателей местных общаг, — «дают» очередное кино. Чёрно-белая копия цветной драмы, мерцая переливчатым светом затёртой до дыр пленки, транслирует понятную до слёз простым советским работягам историю. Перед зрителем разворачивается нелёгкая жизнь индийской бедноты. Нищий ребенок видит, как в руках равнодушного к бедам народа пекаря взлетает, так и не достигнув желанных небес, солнечный круг вожделенного хлеба, тончайшей лепёшки роти – вершительницы судеб тех бедолаг, которых бог наградил не только жизнью, но и голодным желудком. Это веха. Начало начал. В советский прокат выпустили фильм  Манмохана Десаи «Кусок хлеба / Roti» (1974).

Лилась с экрана пронзительно-бравурная мелодия одного из главных болливудских музыкальных тандемов – композиторов Лаксмиканта и Пьярелала (LP). Её наигрывает на губной гармошке подросший ребенок, воспитанный жизнью за шкафом, укравший хлеб для умирающей матери, но так и не успевший продлить ей жизнь. И поневоле ставший бандитом.  Мангал Сингх (Раджеш Кханна) спасается от полиции, въезжая на мотоцикле в фургон, который оказывался изнутри роскошной комнатой с баром. Бежит из тюрьмы, пряча в рукавах наручники, а после выдает себя за друга хорошего парня, которого по роковой случайности, в честной борьбе, пришлось выбросить из поезда. Крутит любовь с местной держательницей забегаловки,  бойко курящей биди очаровательной Биджи (Мумтаз). Преподаёт в сельской школе азы побега из мрачных застенков и историю Индии, основываясь на кинематографическом клане Капуров. И впервые в жизни пытается не лгать себе. Но попытка перечеркнуть прошлое и устремить в сереющее горное небо взгляд переродившегося человека обречена на провал. И всё же под куполом тамошних небес страдание и смерть обретают смысл, ибо исполнены красоты и чувства нездешнего.

«Кусок хлеба» вышел на экраны в ключевое для хинди кино время.  Всего год назад картина Пракаша Мехры «Затянувшаяся расплата / Zanjeer» (1973) сломала созданный Раджем Капуром устоявшийся стереотип главного героя – страдальца и нытика, пассивно умирающего от любви. И вывела на пьедестал новый канон. «Рассерженного молодого человека» — Амитабха Баччана в белом костюме, который не истязал себя проблемами выбора и сразу же пускал в ход кулаки либо револьвер. Характер триумфатора, вои­теля, мстителя. Даже сама  его гибель воспринималась как вызов всем острым углам жизни. Хорошенько обдумав новые тенденции, таинственно молчавший три года Манмохан Десаи выпускает в 1977-м целых четыре (!) фильма, ставшие стопроцентными хитами. Каждый из них, даже будь он в биографии режиссёра единственным, заставил бы помнить его и сегодня. Это «Амар, Акбар, Антони» и «Воспитание/ Parvarish» (оба с Амитабхом Баччаном и Винодом Кханна), а также  знаменитая даже у нас «Вечная сказка любви / Dharam Veer» и «Коварство / Chacha Bhatidjia» с Дхармендрой.

Как писал в своё время кинокритик Алексей Васильев: «Сладость индийского фильма в том, что с героем картины ещё что-то будет, в то время как с тобой — уже нет». В картинах  Десаи даже в сравнении с гиперболическим по сути своей рядовым хинди кино с героями происходило нечто уже совершенно невероятное. Конь приносил незнакомым людям в дом ребёнка-найденыша, принцесса отправлялась в деревенскую хижину, чтобы стать женой простого человека, пёс в одиночку правил боевой колесницей. Верный сокол помогал храбрецу и в любви, и в войне, змеиный бог, спасённый от расправы, в облике обычной кобры вытаскивал героя из пропасти, все разлучённые в детстве родственники непременно находили друг друга: формула, называемая в Болливуде  «Lost and found» (потеря и обретение). А в какой-то момент герой всё того же Амитабха являлся на разборку с главным супостатом, волоча на своих плечах огромного живого крокодила. И всегда активная жизненная позиция как человека, так и животного, подчинялась формуле – всё живое служит Всевышнему.

Разбивая набившие оскомину социальные и религиозные оковы индийского общества, Десаи пропагандировал гармонию добра в схватке за высшую справедливость. Так три лихих брата – Амар, Акбар и Антони – смачно впечатывали в ненавистные лбы негодяев свои перстни, на которых, в соответствии с их убеждениями, были вырезаны христианский крест, исламский полумесяц и священный знак ОМ. В раздираемой и по сей день религиозными конфликтами стране это выглядело по меньшей мере политическим манифестом.

Другой стороной творческой манеры Манмохана Десаи выступала невиданная и по сей день эклектика. В «Вечной сказке любви» действие происходило в условном средневековье, что не помешало нарядить главных героев – разумеется, братьев, разлучённых в детстве дворцовыми интригами, — в немыслимые костюмы, словно выдернутые из сна окончательно спятившего дизайнера. Один герой (Дхармендра) толком и не снимал с себя античную тунику, напульсники и котурны. Другой (Джитендра) щеголял в столь вычурных парчовых нарядах, что постеснялись  бы надеть на себя  даже карикатурные принцы из сказок дружественного соцлагеря, в своё время в изобилии протоптавшие дорогу на советский экран.

В «Воспитании» герой Амитабха, неподкупный полицейский, пытаясь вывести своего брата-контрабандиста в исполнении Винода Кханна на чистую воду, выдавал себя за слепого и проникал в самое сердце преступной организации. Хор незрячих  распевал песню, рефреном которой звучала мысль: «Закрой глаза и ты увидишь мир такой, какой он есть» – наиважнейший момент, в котором сокрыт ключ к пониманию фильмов Манмохана Десаи. Ту же картину понимания бытия – целлулоидный мир правильнее, лучше, честнее настоящего – продолжали развивать  ленты «Судьба / Naseeb» (1981), «Носильщик / Coolie» (1983), «Раджа / Mard» (1985), «Ганга, Джамна, Сарасвати» (1988). Подробный разбор каждой из них тянет на полноценную статью, поэтому ограничимся малым. Известный знатокам кино термин «масала фильм» — кинороман, в котором, подобно набору специй, сконцентрированы трагедия и комедия, мелодрама и бурлеск –  суть творческого почерка нашего героя. Маскарады, переодевания, драки, соперничество, самопожертвование, дружба и любовный флирт — весь этот, на первый взгляд, хаос плавился на экране, как масло на сковородке.

Европейцами фильмы Десаи закономерно воспринимались как «кэмп», рафинированный китч, стилизованная забава. Этакое баловство в стиле братьев Маркс. Всё это можно объяснить лишь пресыщенностью культурной элиты, решившей, что перед ней болливудский вариант условных Джона Уотерса и Расса Мейера. В эпоху, когда своих настоящих чувств принято стесняться, скрывать их за пренебрежительным смехом, аудитория подобного кино – это люди, чистые сердцем. За искромётным гротеском не слишком-то и скрывались единственно верные на планете Земля понятия чести и разума. Беднота, наполнявшая индийские кинотеатры, видела в этих фильмах то, с чем никогда не сталкивалась в реальной жизни: посрамление зла, то есть фактически – свой триумф.

К началу 90-х пристрастия капризной киноаудитории поворачиваются вспять. Народ жаждет видеть иных героев. Болливуд переживает нелегкие времена, штампуя один за другим фильмы далеко не лучшего качества. В 1993 году Индия начинает сходить с ума по звезде абсолютно нового поколения – Шакрукху Кхану, навсегда запечатывая золотой век 70-х-80-х в консервную банку прошлого. Как будто само время играет теперь против Десаи, усугубляя его депрессию кризисом слома эпох. 1 марта 1994-го года он кончает с собой, выпрыгнув с балкона своего дома в Бомбее. Официально его смерть так и не была признана самоубийством.

Там, где находится Десаи сейчас, уже нет ни властолюбивых продюсеров, ни изменчивой публики, ни самой индустрии кино с её рейтингами, интригами и суетливым бахвальством. Но, так или иначе, для нас остались его фильмы. Погрузившись в них, можно легко понять, как быть и что делать. Мир, в котором есть и фантастическое сплетение событий, и авантюрный размах. И любовь вперемешку со смертью, представленные серьёзно, как в жизни, которой каждому хотелось бы жить.

Больше Кино ТВ — в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь!